Новый календарь все еще был не очень хорош, поскольку ошибочно считал високосным каждый третий, а не каждый четвертый год, и к 11 году до н. э., всего через тридцать три года после смерти Цезаря, год уже начинался на три дня позже. Октавиан Август, внучатый племянник Цезаря, усыновленный им и оказавшийся более тактичным правителем, исправил положение, пропустив три високосных года и не добавляя дней вплоть до 8 года н. э. Во время его правления пятый и шестой месяцы, квинтилий и секстилий, были переименованы в июль и август в честь Цезаря и Августа соответственно[612].
Наступление христианства ознаменовалось новыми требованиями к учету времени. Юлианский календарь использовался для закрепления некоторых событий (таких как Рождество, Крещение и Благовещение), а также для расчета переходящей последовательности дат – Пасхи, Троицы и поста. Пасха приходится на воскресенье после первого полнолуния, случившегося 21 марта или позже; около дюжины других праздников следуют из даты Пасхи. Евангелие недвусмысленно указывает на то, что Иисус был распят на Песах (иудейская пасха, праздник опресноков), поэтому христианская Пасха зависела от сложных лунных расчетов, согласно которым иудеи назначали свой праздник. Многие ранние христиане полагали, что Христос умер в пятницу и воскрес двумя днями позже, но, если следовать иудейскому календарю, там нет никакой гарантии, что Пасха выпадет на воскресенье. Это привело к серьезному расхождению между Восточной православной церковью и Римом, который соблюдает Пасху на четырнадцатый день лунного месяца независимо от дня недели. В разных изводах христианской веры Пасха до сих пор празднуется в разные воскресенья.
Подходы к созданию идеального календаря были всесторонне изучены в 725 году Бедой Достопочтенным (в
В течение нескольких недель новый план, разработанный хорошо известным калабрийским врачом и астрономом-любителем по имени Алоизий Лилиус (1510–1576), был представлен папе братом ученого (сам Лилиус скончался незадолго до описываемых событий). Папа Григорий обратился к иезуиту-математику Христофору Клавию. Клавий, баварец, проживавший в Риме и заработавший негласный титул Евклида XVI века, должен был рассмотреть план и вынести суждение. Он одобрил изменения и добавил несколько собственных. В течение следующих лет всем католическим странам было предписано пропустить десять дней. Папа назначил переходным 1582 год, переходным месяцем – октябрь, так как в нем было меньше всего церковных праздников, а значит, и меньше возможного ущерба.
Имелась и хорошая политическая причина: Пасха 1583 года приходилась на один и тот же день в юлианском (31 марта) и григорианском (10 апреля) календарях – счастливое совпадение, которое не повторилось бы еще много лет. Можно задаться вопросом, почему папа Григорий не пропустил пятнадцать дней вместо десяти, что сдвинуло бы весеннее равноденствие на традиционную дату 25 марта. Однако, если бы он это сделал, зимнее солнцестояние переместилось бы на 25 декабря, Рождество, к тому времени главный христианский праздник. Как отмечает Данкан Стил, “позволив Рождеству и солнцестоянию совпасть еще раз, церковь ступила бы на скользкую дорожку. Христианство успешно похитило праздник солнцестояния у языческих религий более двенадцати веков назад… и было совершенно не расположено отдавать его обратно”[613].
