Кажется, мои волнения оказались напрасны. Бабушка с Авой всего лишь задались целью научить Либби летать, и за это я действительно была им благодарна, так как к своему стыду не удосужилась подумать об этом. А ведь стоило озаботиться этим вопросом еще до того, как брать на себя ответственность за воспитание новорожденного дракона.
И тут, едва утвердившаяся на широкой ветке Либби, заметила меня и повела себя именно так, как и следовало ожидать. С громким рыком, переходящим в истошный радостный визг, от которого захотелось немедленно заткнуть уши, она расправила крылья и спикировала прямо на меня.
До нашего столкновения оставались считанные мгновения. Трагедии было не избежать. Еще миг и детеныш дракона придавит меня своей тяжестью, вышибая из тела дух. В том, что должно случиться, вины малышки не было никакой. Она хоть и считалась разумным существом, но все же была ребенком. Радость встречи затмила ей разум, пусть ненадолго, но мне то от этого не легче.
Чисто по наитию, я вскинула руки в останавливающем жесте. И, о чудо! Малышка застыла в воздухе прямо передо мной. Видно было, как она пытается дергать лапами, крыльями, но у нее ничего не получалось и лишь зрачки в широко распахнутых глазах то расширялись, занимая практически всю радужку, то сокращались, превращаясь в тонкую вертикальную линию.
Повернув кисти рук ладонями вниз, я заставила Либби опуститься на землю. Все еще не вполне понимая, что происходит, подошла к перепуганной на смерть малышке и успокаивающе почесала мягкие чешуйки, расположенные под нижней челюстью дракошки. Она тут же замурчала, как котенок и подалась мне навстречу, но уже осторожно. Видно, все-таки осознала свою оплошность, чуть было не стоившую мне жизни.
Я же мысленно задавалась вопросом — что это сейчас было?
— Магия, — так же мысленно ответила мне уже пришедшая в себя Либби.
— Но я же не маг, я — ведьма, — произнесла уже вслух, переводя недоумевающий взгляд на бабушку — слегка побледневшую и осунувшуюся от потрясения, но удивительно быстро возвращающую себе невозмутимый вид.
— Ведьмовского в тебе не так уж и много, — сказала она, — от силы четверть. Твой отец и твой дед были сильными магами. Не забыла? — И сразила меня наповал, заявив: — Я всегда знала, что кровь магов однажды себя проявит. Это был лишь вопрос времени.
— И что же со мной теперь будет? — растерялась я не на шутку.
А кто бы не растерялся, узнав про себя такое? Казалось бы, радоваться надо такому везению, вот только я не спешила проявлять оптимизм. Насколько мне было известно, в смешанных браках дети наследовали дар одного из родителей. Как правило тот, что оказывался сильнее. В моем же случае все указывало на то, что я стану магиней. Бабушка права, ведьмовского во мне лишь четверть.
Я с подозрением воззрилась на старшую родственницу и встретила ее прямой взгляд, окончательно убеждаясь в том, что не ошиблась в своих предположениях. Если бы не вмешательство бабушки, не быть бы мне ведьмой.
— Да, я сделала, это, — произнесла она с вызовом, — и не жалею об этом. Нельзя было допустить, чтобы наш род прервался. Казалось бы, все просто, нужно лишь усилить в тебе дар ведьмы. Сложность заключалась в том, что я не настолько бессердечна, чтобы в угоду своим желаниям изводить род твоего отца. Он был хорошим человеком, и мне жаль, что он погиб так рано, не успев родить сына, которому мог бы передать свой дар. Так что мне пришлось сильно постараться, чтобы придумать, как соединить в тебе одной сразу два дара. И если в будущем, моя милая, ты не захочешь оказаться перед таким же нелегким выбором, какой выпало делать мне, советую заранее озаботиться обзаведением большого семейства.
— Не морочь мне голову, — прервала я бабушку, поняв, что она старается увести разговор в нужную ей сторону. О детях я пока и не думала, а вот о том, что меня ждет в дальнейшем, хотелось бы узнать чуть больше. — Лучше скажи, как мне теперь жить со всем этим?
— Да просто живи, как раньше, — отмахнулась она, будто не видела в случившемся со мной никаких проблем. — Я все рассчитала, конфликта сил не будет. Один твой дар будет дополнять другой. Без лишней скромности скажу, это самое гениальное из моих открытий.
Бабушка прикрыла глаза, наслаждаясь победой.
Мне показалось, она до последнего не была уверена в том, что у нее все получится, как надо. И лишь воочию убедившись в том, что ее теория верна, она позволила себе миг триумфа. Но быть может, мне это только показалось.
— Поправь меня, если я ошибаюсь, — спросила я тихо, — те зелья, что ты мне дала, безбоязненно могут принимать только обладатели двойного дара?
Бабушка вздрогнула, возвращаясь к действительности, и грустно мне улыбнулась.
— В этом ты права, моя девочка. И все же ты ошибаешься, говоря о себе во множественном числе. Ты единственная в целом мире обладаешь таким счастьем. — А заметив мой скептический взгляд, она улыбнулась уже снисходительно, вновь возвращаясь к роли наставницы. — Двойственность дара — не проклятье, а благословение, — произнесла она наставительно. — Ты еще не раз убедишься в этом, поверь мне.
