«Если бы Эхеверия увидела меня сейчас, то сгорела бы от зависти», — самодовольно подумала Сирокко, улыбаясь отражению.
Сзади скрипнула дверь, и в комнату вошла Эблис. Она бесцеремонно оттолкнула подругу от зеркала и, целиком увидев свой наряд, подняла подбородок и покрутилась.
— Как тебе?
У подруг были очень похожие платья, однако Эблис выбрала цвет драконьего фрукта. Довольно смелое решение, но ей к лицу яркие цвета.
— Красиво, — Сирокко уселась на диван и снова улыбнулась.
С утра, после прогулки по парку, Нимфея решила выделить подругам новую комнату, ближе к своим покоям, чтобы в случае чего они могли быстро прийти. Сирокко самодовольно ухмыльнулась, вспоминая перекошенное от бессильной злобы лицо Агаты.
Новое жилище было просторнее и гораздо светлее предыдущего. Солнечные лучи лились из большого окна, которое занимало почти всю стену. На полу лежал довольно помятый ковёр, который многое повидал за своё существование. Помимо кроватей и шкафа в комнате находился диван, большой стол со стулом и камин. Насчёт последнего Сирокко была несказанно рада, поскольку слышала, что в этих краях зимы особенно суровые.
За окном послышалось ржание лошадей и громкий говор нескольких человек.
— Наверное, приехали, — Эблис, сунув в рот вафлю, выскочила из комнаты. Кажется, десерты готовили для неё несколько поваров, чтобы заслужить расположение. Что ни говори, она разбивала мужские сердца вдребезги.
Сирокко ещё немного полюбовалась на себя, подправила несколько выпавших жёлтых прядей из незамысловатой прически и последовала за подругой.
Она ничего не знала о родных госпожи, но это не пугало её. Сейчас, пока она шла по роскошному коридору не менее роскошного особняка, она думала лишь о книгах, которые могут дать ей подсказку. Ей не нужно было богатство и власть: всю свою жизнь она хотела лишь одного — бежать по полю несжатый пшеницы, купаясь в лучах полуденного солнца и танцуя вместе с ветром. И каждую секунду своей жизни она будет стремиться к этому.
За несколько недель, проведённых не дома, она уже привыкла к компании Эблис, а когда та была занята какими-то своими делами, то к одиночеству. Более того, Сирокко находила в отсутствии семьи большой плюс. Во-первых, она никому не должна была отчитываться, где была и что делала. Если бы она захотела, могла бы хоть сейчас исчезнуть безо всякого затруднения. Конечно, Эблис бы попросила свой ветер узнать, все ли в порядке с подругой, однако на этом все. Она бы не стала требовать объяснений, когда та вернулась бы. Во-вторых, Сирокко сама была освобождена от бремени мыслей «а где же Эвклаз?», «а почему папы так долго нет?» и всего подобного. Ну и, в-третьих, ветер, кружащий вокруг Сирокко, теперь был свободен: голова больше не болела, тошнота не поднималась от желудка.
В гостиной было непривычно многолюдно. Обычно сюда никто не заходил, а теперь Сирокко увидела Валлаго с раздражённым лицом, Нимфею в компании незнакомых парня и девушки, ту самую акушерку с, видимо, помощницей, и ещё несколько слуг. Эблис стояла у дверей и с легкой грустью смотрела на всю эту кутерьму.
— Скучаешь по прошлому? — догадалась Сирокко, подходя к подруге.
— Немного. Но только по таким вечерам, — ответила Эблис, нахмурившись. — Наша семья не была дружна и собиралась вместе очень редко.
— Сочувствую.
Сирокко была рада, что хоть по этому пункту у неё все в порядке. В её семье всегда царила любовь несмотря на напряженные отношения с соседями. И она была безмерно благодарна родителям за то, что они все её детство прикладывали усилия и сглаживали острые углы, которыми оборачивались попытки Сирокко и Хамсина стать частью общества. Да, их не приняли. И что? Зато здесь Сирокко нужна. Однажды она заставит всех, кто унижал её, горько пожалеть об этом. Придёт день, когда они будут гордиться тем, что были с ней знакомы.
Интересно, как там Хамсин? Наверняка после ухода сестры он потерял всякий резон оставаться в деревне. Скорее всего, он тоже отправился в дорогу. Встретятся ли они когда-нибудь или их пути разошлись навсегда? Ведь мир велик, велик настолько, что за всю жизнь не обойти.
— Сирокко, Эблис, идите сюда, — Нимфея окликнула подруг, и те с легким поклоном подошли к госпоже. — Не отходите далеко, мало ли, что может случиться!
— Конечно, — Сирокко кивнула и заняла своё место справа от Нимфеи. Несмотря на то, что она смогла приблизить Эблис к госпоже, лучшей и главной оставалась Сирокко.
Только теперь она смогла как следует рассмотреть гостей.
Рядом с Нимфеей сидел молодой человек, на вид ненамного старше Сирокко. Несмотря на явные различия с сестрой во внешности — его волосы имели темный глухо-коричневый цвет, а кожа явно на тон или два темнее, чем у Нимфеи — черты лица выявляли невероятное сходство.
