Так что я пошел к родителям, открыл там подарки, потом нашел Фреда, чтобы мы могли нажраться и, возможно, кого-нибудь подцепить. Конечно, это сработало, потому что это всегда работает. Нетрудно найти женщину, которая захочет с тобой переспать, когда ты мировая звезда квиддича, а особенно если твоя фамилия Поттер. Это довольно легко, вообще-то, и я этим наслаждаюсь. Я понимаю, что изменять нехорошо и все такое, но мне плевать на плохое и хорошее, правильное и неправильное. Живешь только раз, верно? Так что стоит жить на полную катушку.
Так было прошлой ночью, и вот, я снова пью на этот раз один в одиночестве своей гостиной. Это действительно мило. Может Шарлотт так меня возненавидит, что решит со мной порвать? Это было бы здорово. Это избавило бы меня от забот, потому что я не очень хорош в разрывах, ведь у меня не так уж много опыта в так называемых настоящих отношениях. Было бы намного лучше, если бы ее это просто достало, и она сделала это за меня.
Я выпиваю почти половину бутылки огневиски, когда понимаю, насколько же я пьян. Я довольно хорошо умею пить, но всегда есть точка, за которой я уже надираюсь и становлюсь пьяным просто в лоскуты. Сегодня это случилось довольно быстро, и теперь я чувствую, что у меня кружится голова, когда я смотрю в потолок. Фильм по ТВ уже закончился, а я даже не заметил, и начались вечерние новости.
Боже.
Как моя жизнь стала такой? Почему у меня вообще была девушка? Особенно такая ворчливая и стервозная, как эта? Мне давным-давно стоило выучить урок, что истории с подружками всегда кончаются плохо. Господи боже, я должен был понять это после чертовой Кейт. Если и был какой-нибудь предупреждающий знак, что от отношений одни беды, то именно тогда. Мне было гребаных восемнадцать лет, но я был уже достаточно взрослым, чтобы понять, что женщины способны на две вещи: или могут вам отсосать и сделать вас счастливыми, или могут высосать из вас душу и сделать вас несчастными.
И те, которых вы называете подружками, всегда делают последнее.
Хорошо, Кейт не высасывала из меня душу так, как это делали Шарлотт и другие девчонки, с которыми я встречался. Те девчонки были ворчливыми и раздражающими и вечно действовали на мои чертовы нервы. Кейт же никогда не действовала мне на нервы. Она редко ворчала и никогда не раздражала… Но она ранила мою душу намного сильнее, чем любая другая девушка когда-либо. Она причинила мне боль.
Да, я гребаный хлюпик. Я уже мог бы отрастить себе вагину, но я не могу остановиться. Она действительно задела меня и причинила охрененную боль, когда бросила меня. Я все еще не знаю, почему она это сделала. Я пытался быть с ней другим, не таким, как всегда был, но ей было этого недостаточно. Она хотела, чтобы я был каким-то, нахрен, святым или что-то вроде этого, а я таким не был. Я не святой и никогда не буду. Нечестно было ждать, что я таким стану. И этого недостаточно, чтобы просто взять и поступить так со мной. Я любил ее, а она решила, что этого недостаточно.
Я должен знать почему.
Я должен ее спросить.
Да, я должен пойти в ее квартиру и спросить, какого хрена она думает, что можно со мной так поступать. В конце концов, она набралась наглости вернуться в Лондон и без предупреждения войти назад в мою жизнь. Она должна дать мне хоть какое-то объяснение. Я имею в виду, у меня все было отлично, пока она снова не заявилась. Я не любил Шарлотт, но ее мне было достаточно – ее и других девочек на стороне… Я не ходил вокруг, все больше делаясь несчастным и напиваясь до потери сознания, пытаясь понять, почему кто-то мог причинить мне боль, ведь так? Нет. Я этого не делал. Я веселился и жил той жизнью, как она есть.
И я был в порядке.
А теперь я снова несчастен, и это ее вина. Все это вина Кейт. Так что да. Я должен пойти прямо туда и потребовать объяснений. Если бы тут были Фред или кто из моих друзей, они бы меня отговорили. Они сказали бы, что это того не стоит и что я должен забыть это и жить дальше. Я не должен так много, на хрен, волноваться из-за гребаной девчонки. Но никого из них здесь нет. Так что никто не говорит мне, что это плохая идея. У меня есть только полностью опьяневший мозг, который твердит, что она должна мне ответить.
И я иду.
Я точно знаю, где она живет, потому что она мне сказала. В последнее время я довольно часто ее вижу, потому что она ведет все мои финансы и тому подобное. Она такая же жестокая как всегда, все время вертит передо мной своей совершенной маленькой задницей и пахнет свежими яблоками. Она своими глазами почти умоляет меня ее трахнуть. Это просто очевидно, что она так же хочет меня, как я ее, но она никогда этого не признает. Она не любит говорить правду.
Но сегодня она скажет мне правду, уж будьте, нафиг, уверены.
