— Я могу предложить тебе не только денег. У меня есть знания, возможности, влияние. Любые твои примитивные желания могут быть исполнены. Я в хороших отношениях с одним из Доминионов, меня поддерживает Кардинал, большинство Архиепископов Европы должны мне.
— Дита не просто моя слуга. Я же сказал, что привязан к девушке смертными чувствами.
— Глупость! Что это? Не понимаю. Пойдем, я покажу тебе мою сокровищницу, твои взносы в казну Иммортели лишь щепотка по сравнению с моими накоплениями.
— Сначала я хочу увидеть...
Алиса зарычала и Джетт замолк. Успокоившись, вампирша покрутила головой, словно разминая шею.
— Оно уже здесь, — сказала женщина, указывая на дверь. Джетт с нетерпением повернулся.
Девушку пришлось ждать минуты две, все это время пират не отводил взгляда от тяжелой деревянной двери. Наконец она отворилась, первым вошел Мартин, раскрывая створки и придерживая их. За ним вошел Гедоний, его длинные пальцы обвили тонкую шею смертной, клыки торчали, и он ввел Амалию, бросая взгляд то на Алису, то на принцессу.
— Сегодня я смогу ее испробовать? — спросил он с порога у госпожи, нездорово клацая зубами. Пират отвел взгляд от девушки, озлоблено смотря на Лазарио.
— Представляешь, Джетт отказывается ее продавать, — искусственно рассмеялась Епископ.
— Заберем! — рыкнул Гедоний, и Джетт потянулся за своей шпагой. Лазарио положил руку на плечо агрессивного товарища.
— Давайте все обсудим, не стоит ссориться из-за простой смертной, — глава Иммортели попытался встать.
— Она не простая смертная, — гавкнул на него Джетт.
— Она не простая смертная, — вторя ему, сказала Алиса, — чародейка. Она волшебница и управляет свей кровью, даже лучше чем мы. Этот экземпляр мне необходим. Не только для изучения и опытов Вальтера. Я смогу получать со смертной неограниченное количество крови или обменять ее Доминиону на место Кардинала.
— Я не отдам ее! — Джетт все же поднялся и подошел к своей подопечной.
Гедоний продолжал держать принцессу исходя слюной, как эпилептик. Из его рта вываливался длинный нечеловеческий язык, и он рычал, сдавливая и душа смертную своей ручищей.
— Хочу ее съесть, посмотри, какая она красивая. Хочу с ней поиграть... — слышалось сквозь его рыки. — Она еще девственница? Хочу забрать ее невинность, — вампир стал лизать плечи и шею девушки.
— Отпусти ее, кровосос, или я отрублю твой длинный язык! — Джетт вновь схватился за оружие.
— Ты забываешься, пират! Это мой домен и тут все решаю я! — прервала его Епископ. — Если мое Дитя желает, то может отведать смертную. Забирай, — дала она указание.
— НЕТ! — наконец подала голос Амалия, цепляясь за Джетта.
Пират быстро выхватил шпагу, быстрее, чем Алиса успела к нему приблизиться, используя свои дисциплины, быстрее, чем Гедоний смог отойти. Джетт отрубил уродцу руку лишь одним ударом и, подхватив прислужку, бросился к выходу. Мартин вытащил пистолеты и направил на вампиров, прикрывая господина.
— Хватит, — произнесла тихо Алиса. Ее голос сбил с ног Джетта и, упав на колени, он вознес к ней руки. Смертная, потеряв сознание, упала на пол, а Мартин забился в конвульсиях от нечеловеческой боли. Лазарио спрятался под стол и молился древним богам на мертвом языке. Гедоний, попискивая, искал свою руку и также молил о пощаде.
— Не смей мне более перечить или ты умрешь. Твоя смертная переходит в мое распоряжение. Я расплачусь с тобой. Как – решу сама, — Алиса перестала излучать ауру безумия и ужаса, и вампиры, придя в себя, вернулись на прежние места.
— Конечно, — ответил на ее слова Джетт, понимая, что в открытом бою ему не выстоять. — В моих предпочтениях дисциплины и возможности, — он сделал вид, что смирился.
— Мне есть чему тебя обучить. Гедоний может забрать смертную.
— Прошу прощения, — Бруджа выставил перед Малкавианом руку, перехватывая Амалию. — Я привык с нее питаться еженощно. Прошу позволить, пока имею еще такую возможность, провести с ней несколько часов. После она будет в вашем распоряжении, — последнее Джетт сказал с покорной улыбкой Гедонию.
— Позволяю. Через два часа, Дитя, ты получишь свою игрушечку. Хотя через два часа уже рассвет, но знаю, тебе хватит времени, — страшно улыбнулась женщина, и вампир судорожно закивал, приращивая отрубленную руку.
Джетт несколько раз поклонился и, закинув на плечо оба бессознательных тела своих слуг, пошел в отведенную ему спальню. Лазарио остался сидеть за столом, все еще скованный ужасом. Он даже головы не смел поднять. Бедняга растерял всю свою былую спесь, общаясь с безумной старейшиной. И хотя Лазарио родился задолго до Алисы, большую часть жизни он провел в оцепенении, другую же часть он пытался создать свою секту. Иммортели и его пятьдесят членов – все, чего он добился.
(Милан, замок Сфорца, 20 Июня 1795 года)
— Боже, что случилось?! — удивленно и испугано смотрела Фантагиро на тело Мартина и Амалии.
— Закрой плотно двери и обследуй помещение, чтобы тут точно никого не находилось, — приказал ей Сир, пытаясь привести в создание слуг.
