Бэн более не обращал на неё внимания. Утянуть с собой её было легко. Теперь следовало придумать, как от неё быстро и эффективно избавляться. Чтобы эта непосредственность и весёлость не раздражала.
Девушка сложила свою книжку в корзину, заложив страницу красивой плетёной закладкой, и, мечтательно блестя глазами, смотрела, как Бэн собирает своё снаряжение. Без оружия он на улицу не выходил, охраняя и себя, и город. И, несмотря на духоту и жару, носил плотный кожаный жилет из толстой дублёной кожи под второй рубашкой, который мог бы защитить от несильных ударов шпаги или скользящей пули.
Уже через десять минут они вышли во двор, солнышко приятно прогревало, но собравшиеся тучки не давали ему обжигать и делали день прохладнее. Девушка разглядывала небо, пока Бэн закреплял котомку на своей лошадке по имени Силь. Забравшись в седло, он помог устроиться рядом и Дите, поскорее трогаясь в путь. Девчонка, закинув голову, продолжала любоваться облаками, бубня что-то о погоде, возможном дождике и о хлебе, что ждал её в корзине. Бэн по-доброму ухмылялся, не мешая ей щебетать и, обхватив за талию, придерживал непоседу. Девушка была такая стройная, что он мог бы обхватить её двумя ладонями, от чего она казалась совсем игрушечной.
Его взгляд упал на глубокое декольте. У Диты грудь была немного больше, чем у Катерины, и Бэну вдруг стало очень любопытно, какой формы её соски и похожи ли они по цвету на грудь госпожи. Появился соблазн бестактно стянуть с неё верхнюю часть платья и полюбоваться, что скрывает юная инфанта под тонкой тканью, но девушка опустила голову и легла к нему на плечо, закрывая приятный обзор.
Ангелину они встретили рядом с почтовым отделением, где женщина накупила сургуча и чистых листов. Бэн одобрительно кивнул её покупкам и объяснил дальнейший план на день. Дита сразу пересела на лошадь Ангелины и теперь трещала ещё громче, подбадриваемая вопросами подруги.
Когда добрались до реки, Бэн уже с радостью оставил девчонку на пригорке, где было солнечно, и увёл Ангелину к берегу. И, хотя Дита утомляла, очень быстро он заскучал, и ему стало не хватать её детского голоска.
Несколько часов Бэн показывал сестре приёмы и техники, необходимые для выживания и борьбы с бессмертными. Ангелина усваивала физические упражнения намного быстрее, чем чтение и письмо, и этим радовала своего учителя. Только силы её прибавлялись медленно, а времени обучать её дисциплинам, что сделали бы её тело крепче и быстрей, у Бэна не было. Впрочем, пока Катерина выделила им свободные минутки, юноша мог рассказать сестре основы и похвастаться своими способностями.
Когда они вернулись на пригорок, Дита дремала, умяв батон хлеба, оставив им лишь крошки. Ангелина подала Бэну его порцию и отложила немного из своей для подруги. Закончив с едой, женщина легла рядышком с принцессой и громко зевнула, показывая свой настрой.
— Согласен. Перерыв, — усмехнулся ей юноша и тоже лёг на траву рядом с Дитой.
Его рука коснулась тонких пальчиков, и девушка сразу обхватила его кисть, сжимая в своей ладони. Это прикосновение встревожило Бэна, и он нервно вздохнул, пытаясь успокоить сердце. Осторожно приподнявшись на локте, чтобы не разъединить их рук, он посмотрел на её личико. Принцесса улыбалась солнышку и крепко сжимала веки, прячась от его лучей. Ему вновь нестерпимо захотелось её поцеловать. Красивая девушка рядом с ним была ангельски хороша и как две капли воды напоминала юною Катерину, какой вампирша была при жизни.
Рядом с ним также поднялась Ангелина.
— Чего разглядываешь? — с недоверием спросила женщина.
— Тебе не кажется, что Дита имеет схожие черты лица с нашей госпожой, — как бы изучая, произнёс Бэн.
Дита хихикнула, а Ангелина рассмеялась и кивнула.
— Есть немного, — согласилась женщина и стала тыкать пальцем в принцессу, — на подбородке такая же ямочка, и носик курносый.
Ангелина щёлкнула подругу и Дита снова захихикала, дёргая кончиком носа, в точности как госпожа. Бэн от изумления открыл рот: он вспомнил, как Катерина дёргала носом, будучи смертной, когда сердилась или хотела что-то от Бэна. Принцесса вытаскивала из него древние воспоминания, заставляя чувствовать то, что он не чувствовал уже много столетий.
Бэн желал её душой и телом.
И это не было спонтанным решением, его плоть рвалась к ней, словно она была магнитом. Но он понятия не имел, что было на сердце у Диты. И ему слишком сильно хотелось, чтобы она испытывала к нему то же самое.
Девушка не была похожа на прежних его подружек. Простые смертные стайками вились вокруг него, считая красавчиком: хватало пары комплиментов, пары часов прогулок в парке или просто чашка горячего шоколада в их пустующей комнате, и девицы сами раздвигали ноги, умоляя Бэна осчастливить их.
Дита же, хоть и вертелась вокруг него, хватая и дёргая за все места, не подавала никаких признаков заинтересованности.
— Только Дита словно жердь, — продолжала Ангелина, и девушка показала ей язык за такие слова, — непомерно длинная.
