— Приятные воспоминания. Может, предадимся веяньям прошлого, а ты даже порадуешь меня чем-то особенным? — усмехнулась Тори, подмигивая ему целым глазом, и Бэн заметил, что сосредоточенно рассматривает её грудь в открытом декольте. С трудом оторвав взгляд, он скользнул по её лицу, понимая, что заглядывает ей в рот, рассматривает губы, испытывая при этом странную жажду. Резко дернув головой, он снова опустился на диван в прихожей.
— Ты знаешь, что за использование на меня дисциплин я могу ответить тебе тем же? — спросил он озлобленно.
— Что, попытаешься меня соблазнить? Не думаю, что твоё искусство на меня подействует, ведь я бессмертна.
— Нет, не буду столь примитивен. Я применю к тебе свою силу и скорость! — ответил он ещё злобнее, стараясь не поднимать более на неё взгляд, так как действие обольщения всё ещё не прошло.
— Фу! Как грубо, — обиделась Тори и ушла за братом.
Тео спустился минут через пятнадцать. Он действительно был при параде. Впрочем, красавчик мужчина всегда при любых обстоятельствах выглядел щеголем.
— Как продвигалось расследование сегодня? — спросил он вместо приветствия.
Бэн в ответ поднял руку, показывая опалённую кисть.
— Почти столкнулся с ним. Против нас действует маг, так что нужно быть предельно осторожными. Что он хочет, я пока не выяснил, но у меня есть кое-что для тебя.
Бэн вытащил из сумки мешочек, что взял из одежды Сергия, и бросил его в руки Тореадора.
— Хорошо, исследую. Давай пройдем в залу? — предложил Тео.
— Пройдем. Только скажи сестрёнке, чтобы не испытывала на мне своё обольщение, а то я проверю на ней свой кол!
Тореадор обернулся на Тори, а та, лишь фыркнув, закатила глаза. Бэн продолжал от неё отворачиваться, и вампирша поняла, что волшебство от её дисциплины сильно его зацепило. Это подняло женщине настроение, и, хитро улыбнувшись, она первой направилась в приёмную комнату. Там, не дожидаясь мужчин, заняла место у рояля и тихонько заиграла что-то спокойное и плавное одной рукой. Очевидно, у Грейсов были прекрасные учителя, так как Вики виртуозно справлялась с инструментом даже без второй кисти.
Тео сразу закивал в такт музыке, явно довольный таким фоном, и, сев на диван, стал раскладывать перед собой вещи из мешочка.
На столе появился тонкий сухой кусочек кожи. Судя по структуре – человеческой. За ним глазное яблоко, вырванное вместе с нервом. Тео брезгливо положил его от себя подальше. Далее достал спутанный клочок волос, кость, по размеру подходящая под один из суставов пальца. Потом из мешочка появилось человеческое ухо, и Тео с отвращением отбросил его к глазу. Последним он достал пузырек с кровью и, повертев его в руках, положил между ухом и кожей.
— Отлично, и что это? — Тео уставился на набор.
— Не знаю. Проверь своим зрением прошлого. Мне не удалось увидеть ничего.
— Хорошо. Но мне нужна спокойная обстановка, — Тео уставился на юношу, явно ожидая, что тот уйдет. — Забери Тори и прогуляйтесь по парку.
— Я тебе не слуга, — раздражённо, сквозь зубы процедил Бэн.
— Кхем. Простите, — исправился Тео и, отпустив взгляд, стал вертеть кость в руках. — Но мне все же не помешал бы покой.
Бэн кивнул и вышел. Тори закончила произведение и, осторожно опустив крышку, тоже вышла. Гуль Палача снова сел на диван в прихожей и сосредоточено уставился на носки своих ботинок. Виктория села напротив и закинув ногу на ногу, скучающе обводя взглядом свой дом.
— Извини, Бэн. Это была шутка, я не думала, что ты так среагируешь, — примирительно начала она.
— Заткнись, — выдавил юноша.
— Не надо быть таким злым. Я же извинилась!
Бэн резко поднялся и вышел из дома, хлопнув дверью. Даже от её голоса он себя не мог контролировать. Вампиры, создавая дисциплину для привлечения внимания, тщательно продумывали, как лучше влиять на людей. И даже слабокровная, плохо обученная вампирша, вроде Виктории Грейс, могла превратить человека в раба, легко подчиняющегося её желаниям. Бэну хотелось встать перед ней на колено, поцеловать её мягкую руку и сказать о том, как она прекрасна. Но он понимал, что это желание исходит из магии, что применила на него Тори. В действительности, женщина вызывала у него лишь жалость, пренебрежение и разочарование. Если бы у него было право решать или давать советы, он бы никогда не дал Становление такой, как она. Виктория не была красавицей, была слабой и совершенно не походила на Катерину – его идеал.
Тео вышел из дома через час. Уже по выражению его лица Бэн понял, что тот ничего не увидел.
Весь час гуль слонялся по парку, пытаясь развеять действие очарования Тори. Но, когда она вышла с братом в сад, Бэн поймал себя на том, что снова любуется ею.
— Никаких точных сведений, — стал докладывать Тореадор. — Потратил уйму времени, но ничего не добился. — Он явно был разочарован.
— Плохо. — Бэн забрал у мужчины мешочек. — Тогда отправимся к башне и попытаемся узнать что-то там.
