Тремер, кажется, не заметил ее отсутствия и вывел Диту на поверхность. В своем кабинете Петр остановил смертную, и Дита прижала руку к поясу, где спрятала похищенный документ. Максимилиан ушел, а Петр, не сказав ни слова, стал пить с нее. Дита старалась не расслабляться, чтобы не выронить ценную бумагу, но Поцелуй опьянял, и девушка пришла в себя на мягком диване в объятьях Тремера. Петр хитро ей подмигнул и указал на двери.
Выбравшись из комнат вампира, Дита проверила пергамент. Он был на месте. Облегченно вздохнув, девушка поспешила в свою комнату, надеясь, что спрячет его там. Ее перехватила Марианна. Не слушая ее объяснений и не обращая внимания на уговоры, гуль вывела ее во двор, сообщив, что Бэн ожидает ее почти три часа. Вспомнив о юноше, Дита постаралась успокоиться. Он был слишком правильным и вполне мог доложить Петру, если заметит у неё украденное заклинание.
— Дита! — Как только девушка вошла в конюшни, Бэн подскочил к ней, гневно сверкая глазами, — ты опоздала! Катерина будет недовольна!
— Прости, Карл задержал меня. Мне очень жаль. — Дита сжалась, снова чувствуя страх рядом с ним.
— Я знаю! — Произнес он, продолжая злиться и обволакивать ее своей аурой гнева. — Но Катерину это не успокоит.
Он быстро потянул ее к себе и, усадив на лошадь, вывел из стоил.
— Мне придется ехать очень быстро, — предупредил он, обхватывая ее, сжимая ее тело и древний лист бумаги, — держись крепко, ты не должна пострадать.
Дита кивнула и вцепилась в рубашку Бэна. «Быстро» в понятиях гулей было «очень быстро». Не каждый скакун был способен выдержать такой темп. Лошади-гули без проблем преодолевали пределы возможного. Но Силь не была гулем. На подъезде к Шарлоттенбургу лошадь сдалась, но Бэн продолжал стучать по ней пятками и гнать. Рядом с оранжереей, где располагалось убежище Вильгельма, Силь опустилась на колени, и Бэн с трудом успел соскочить с нее прежде, чем лошадь упала.
— Плохо, — произнес он, смотря на хрипящее животное.
— Бедняга, — Дита нагнулась к лошадке, но Бэн дернул ее, уводя в скрытые залы вампиров.
В спальне Вильгельма они никого не застали, и Бэн повел девушку к кабинету Сенешаля. Вильгельм с удивлением взглянул на них.
— Вы поздно, — произнес он с усмешкой.
— Меня Карл задержал! — Сразу ответила Дита, не позволяя Бэну оправдываться за нее. — У Юстициара были важные дела.
— Ясно. Но Катерина не дождалась тебя. — Вампир подошел к девушке, отклоняя ее голову и нагибаясь к шее.
Дита восторженно вздохнула, когда его зубы коснулись ее кожи, и, обхватив Вильгельма за шею, девушка потянула вампира к себе. Сенешаль быстро насытил себя и отпустил смертную.
— И крови мне дай, — Дита медленно выпутывалась их оков Поцелуя.
— Дам завтра. — Сенешаль строго взглянул на Бэна. — Привези ее. И не опаздывай, или Катерина будет очень недовольна!
— Да, непременно.
— Завтра день Густава, — вставила Дита.
— Поедешь к Принцу из Шарлоттенбурга. Поэтому будь тут до десяти. И передай Петру, что Палач недовольна!
Девушка кивнула, и Сенешаль выставил гулей из своих покоев.
Когда они вернулись во двор, Силь с трудом дышала, нервно подергивая ногами. Бэн достал из-за пояса нож, наклонился к животному, собираясь прирезать лошадь.
— Нет! — Воскликнула Дита, отталкивая его руки. — Не убивай ее!
— Копыта сбились, ей уже не помочь, — равнодушно пояснил юноша.
— Разве тебе не жаль ее? Силь выручала тебя много раз.
— Жаль. Силь была полезна. Но кобыла стара, ей все равно скоро искать замену.
— Я могу ей помочь, Бэн! — Дита чувствовала, как слезы наворачиваются на глаза от жалости к беззащитной кобылке.
— Как?
— Пусти! — Дита оттолкнула его, подсаживаясь к голове лошади. — Дай мне свой нож и сними с нее подковы!
— Как скажешь, — Бэн протянул ей кинжал рукояткой вперед и стал отдирать подковы.
Силь вздрагивала, когда сломанные гвозди царапали ей ноги.
— Тихо, тихо, — попыталась успокоить кобылку девушка.
Силь замерла, смотря на человека с какой-то надеждой, и Дита быстро разрезала себе ладонь и сделала небольшой надрез на шее лошади. Стараясь закрывать рану телом, чтобы Бэн не видел, что она делает, Дита быстро стала восстанавливать повреждения. Силь задышала спокойнее, и уже через мгновение дернулась, поднимаясь на ноги.
— Вот это да, — произнес Бэн, — да ты волшебница!
Дита скромно улыбнулась, а Бэн кашлянул, понимая, что она именно волшебница и есть.
— Тебе снова нужно спешить в капеллу? — Спросил он, отводя от нее взгляд.
— Не уверена, — девушка потрогала спрятанный манускрипт, — но, наверное, да.
Бэн печально вздохнул.
— И завтра днем снова не появишься? — Спросил он с какой-то обреченностью.
— Очень постараюсь прийти.
Девушка подошла к нему и обняла. Бэн остался неподвижен.
— Я ведь очень скучаю. — Дита постаралась сказать это как можно более естественно.
