Подойдя к распорядителю, Бэн поинтересовался, где проживает Людовик фон Штроц, и за пару гульденов он легко дал ответ. Стараясь двигаться бесшумно, юноша поднялся к указанной комнате. Встав чуть поодаль, он прислушался, напрягая свой слух вампирскими способностями. Вдруг дверь раскрывалась, и на пороге появился Людовик, рядом с которым стоял заспанный мужчина в нижних кальсонах. Дав ему денег и какие-то распоряжения, он вернулся в комнату. Бэн бы согласился с предположением Анны, что второй – вампир, так как мужчина был болезненно бледен, но коридор был ярко освещён солнечными лучами.
Расстроившись, что наводка оказалось ложной, он стал спускаться по лестнице. Но потом передумал и снова спрятался в коридоре. И вовремя. Людвиг вернулся с тарелкой, полной еды, и двумя ломтями хлеба. Оставив всё это своему товарищу, он снова ушёл.
Бэн немного выждал и приблизился к дверям, прислушиваясь. Человек в комнате ел. Закончив трапезу, он отложил тарелку и лёг на кровать. Через пару минут гуль услышал его спокойное дыхание, означающее сон. Осторожно взломав замок Бэн вошёл в комнату. Окна оказались плотно занавешены, и лишь тонкие крохотные лучики проникали в помещение. Мужчина на кровати и вправду крепко спал. Рядом валялись еще не разложенные или уже собранные чемоданы. Возможно, смертный был болен, поэтому появлялся в обществе по ночам и был бледен. Такие как раз и создают впечатление существования вампиров и заставляют активироваться Инквизицию. Но если это был обычный смертный, Бэн ничего не мог поделать.
Всё казалось нормальным, но вместе с тем что-то продолжало беспокоить гуля. Он снова вышел, спустился на первый этаж гостиницы. Людвиг пил кофе рядом с журнальным столиком и почитывал газеты. Обычная компания двух мужчин. Бэна осенило и быстро поднявшись, он вернулся в комнату со спящим. Осторожно, чтобы не разбудить больного, Бэн стал простукивать полы, открывать шкафы и ящики. Везде было пусто. Потом его взгляд упал на чемоданы. Выбрав самый плотный, он открыл его. Как и предполагалось, в нём спал мальчик-подросток. Спал мертвецким сном. Анна ошиблась лишь в одном. Вампиром был не взрослый мужчина. Осторожно, чтобы не разбудить Каинита, он вынул тело из чемодана и положил его на пол. Вытащив кол, он прицелился, зная, что промах может стоить ему жизни, и ударил со всей силы. Мальчик дёрнулся, кол не достиг цели, но Бэн ожидал это и ударил ладонью по колу, вбивая его глубже. Мальчишка был обездвижен, но на шум поднялся его слуга. Бэн не дал ему шанса и, метнув нож, пробил череп. После он вернул тело мальчика в чемодан, он покинул комнату.
Кем бы ни был это вампир, он нарушил закон Густава, который требовал немедленного представления по прибытию в его домен. Помня прошлую ошибку, он решил показать находку сначала Катерине и, водрузив чемодан на свою лошадь, направился в Шарлоттенбург.
Вечерело, и Бэн спешил, боясь, что не застанет госпожу или что пропустит момент её пробуждения, и Катерина уже не позволит ему позаботиться о теле и одежде госпожи.
Палач в эту ночь выбираться из постели явно не собиралась, но услышав новости, приободрилась и сразу бросила любовника.
Тело рассматривали в саду. Катерина попыталась разглядеть его прошлое, но быстро устала и посадила за это нудное занятие своего слугу. Сама же прогуливалась вдоль прудика, мечтательно заглядываясь на запозднившихся садовников.
— Информации немного, госпожа, — подал голос Бэн, когда закончил рассматривать ауру. — Он в Берлине более недели, держался в тени слуг, которые общались с разными людьми. Не понял зачем, но словно он собирался штурмовать город. Или, может, какой-то дворец. Больше информации дать не могу.
— Плохо. Мало. Слабо, — Катерина нагнулась над личиком мальчишки. — Вези его в Кепеник. Навещу старого должника. Пусть поработает с его памятью.
Бэн кивнул, и Палач сразу исчезла.
Запихнув вампира вновь в чемодан, Бэн направился в указанном направлении. Палач собиралась задействовать Дмитрия, и гуль знал, куда ему ехать. Катерина не первый раз использовала Носферату для допроса незваных гостей, а Дмитрий, связанный с ней Узами, никогда не отказывал в помощи. Тем более Носферату тоже была с этого выгода: сплетни и слухи – конёк крыс.
От Шарлоттенбурга до Кепеника было более двух часов пути, а так как приходилось поддерживать тяжёлый чемодан, то Бэн задержался, прибыв к конюшням Дмитрия только к двум часам ночи. Катерина уже расхаживала по его двору, доводя гулей Носферату до отчаянья. Они боялись грозную вампиршу и не знали, чем ей угодить, чтобы она убралась по-доброму. Катерина, хотя наслаждалась их страхами, с унылым лицом прогуливалась от одного дома к другому.
Когда прибыл Бэн, Палач вызвала хозяина домена. Дмитрий появился перед ними мгновенно. Носферату уже давно присутствовал рядом, скрывая себя тенью.
— Чем обязан? — спросил он, поглядывая на женщину.
— Пришла дань собирать, — усмехнулась Катерина.
— Я думал, мы в расчёте.
— Мне мало, — Катерина встала напротив него, сверля глазами уродца.
