8 октября французские войска покинули Берлин, наконец, дав городу свободно вздохнуть. Огромные контрибуции, что выплатили Вентру Французским Тореадорам, сильно пошатнули положение Вильгельма в городе и лишили государство некоторой опоры. Но Вильгельм никогда не терял лицо и продолжал двигаться вперед, ища все новые и новые способы, чтобы добыть средства для своего Cира и города. Сто двадцать миллионов франков, спешно собранных за полгода, и переход переговоров на новый уровень. С Густава все еще требовали уничтожения его Детей, но никто уже не говорил о конкретном числе жертв.
Читальный вечер в Замке Принцесс жена курфюрста проводила почти каждый месяц. Такие встречи напоминали торжества, и денег на развлечение царских особ никто не жалел. Сегодняшний вечер был особенный. Знать расправила плечи после двухлетнего гнета Наполеона, и в огромном зале собралась почти тысяча человек. Мужчины и женщины разного возраста, составляющую верхушку высшего общества Бранденбурга. Все пришли поприветствовать Фридриха Вильгельма Карла Прусского, младшего брата курфюрста, который вернулся с Эрфуртского съезда. Франция, Россия и Пруссия подписали договор и всячески показали Европе свою благосклонность. Многие понимали, что многочисленные прусские князья, прибывшие на тожество в Эрфурт, служили лишь декорацией для демонстрации власти перед российским императором. Но лично им это никто бы сказать не посмел.
Выступать перед высокими гостями собирался сам Гетте и несколько других менее популярных поэтов. Вечер был назван благотворительным, и стоимость билетов превышала две сотни марок. Сумма, собранная с этих билетов, обещалась пойти на восстановление культурных ценностей, разрушенный в войну. Но в действительности Вильгельм пытался залатать дыру, образовавшуюся в бюджете Пруссии.
На приеме присутствовали все бессмертные города. Или их большинство. Но отсутствие того или иного Каинита вызвало бы больше подозрений, чем его присутствие. Лишь самые древние продолжали избегать общества смертных. Густав направил на вечер своих слуг, и можно было с уверенностью сказать, что один из них был связан с сознанием Принца. Так что технически он так же присутствовал. Эрилес и Яснотка скрывали себя, в привычки Носферату не входило появляться на таких вечерах. Отсутствовал так же Петр, что боялся покидать свою капеллу, Джетт с Фантагиро, что восстанавливали оборону в Цитадели после незначительной атаки смертных, и Катерина, которая бродила по опустевшему городу и безнаказанно убивала.
Большая часть гулей так же нашли причину, чтобы посетить этот вечер. Во-первых, чтобы сопроводить своих господ, а во-вторых, чтобы полюбоваться на роскошь и богатство императорской семьи. Все самые важные люди города и страны присутствовали на балу. Огромный выбор для планов и влияния, огромный выбор для питания. И бессмертные воплощали свои замыслы, воздействуя на людишек дисциплинами.
К двенадцати залы были переполнены, всюду звучала торжественная музыка, в танцевальном зале сотни пар кружились в новомодном вальсе, целый этаж был выделен для игровых столов и развлечений. Множество прислуг носилось с подносами, предлагая закуски и выпивку.
Бэн, стараясь не привлекать особого внимания, подпирал собой одну из дальних колон в библиотеке, которую сегодня использовали для чаепития и спокойных бесед. Жена курфюрста и две ее дочери мирно беседовали с Максимилианом, которого сопровождала Дита. Гуль Палача явился сюда следить за Тремером и его шашнями, но с трудом мог отвести взгляда от прекрасной девушки. Максимилиан не поскупился и купил ей новомодное платье из тонкого шелка. Темой вечера было названо звездное небо, и платье Диты, с недавно вновь вошедшим в моду корсетом, казалось, сверкает тысячами огней. Сотни бусинок были вшиты в темно-синее полотно. На шее девушки было колье из черных камней, и такая же диадема удерживала тяжелые темные кудри. Если бы не строгий взгляд вампира, вокруг красотки уже давно бы расстелился ковер из ухажеров. Ее красоту несколько раз отметил сам Граф Антон[2]. После портрета Фридриха Великого этого портретиста приглашали на все императорские праздники. При виде девушки семидесятилетний старик потерял дар речи и на коленях умолял ее стать его музой. Но строгого «нет» от Максимилиана хватило, чтобы художник потерял к ней интерес.
— Шею свернешь, — прошелестел над ухом гуля приятный женский голос.
Бэн вздрогнул и обернулся.
— Мила, — непроизвольно его лицо расплылось в улыбке.
Слуга Каспара была необычайно красивой женщиной. И, чтобы не привлекать внимания, на ней была плотная маска из кружев, что не лишала ее загадочности и притягательности.
— Засмотрелся на красотку или следишь за Тремером? — Спросила она, улыбаясь.
— Ты суешь свой носик в чужие дела от скуки или тебя Каспар послал? — С такой же улыбкой ответил Бэн.
