Женщина пересекла парк, скрывая себя завесой от посторонних глаз. Быстро разделив в голове город на сектора, она проложила несколько путей, которым будет следовать, и направилась к старому Берлину. Но у озера Шарлоттенбурга ее остановили знакомые голоса. Чуть свернув с тропинки, Катерина, стараясь не задевать деревья, чтобы не стать видимой, приблизилась к парочке слуг.
Бэн не повез Диту сразу после посещения Палача в Тремерскую капеллу. Утащив девушку в лес, слуга развлекался с девчонкой, и Палач хихикнула, радуясь тому, что Петр остается без своей золотой кормушки, пока смертный занимается с ней любовью.
В освещении маленькой масляной лампы, усадив подругу на огромную мягкую кипу пожелтевшей листвы, юноша застегивал ей платье, заботливо, любовно. Потом собрал ее волосы и, вытащив гребешок, стал расчесывать их, слегка улыбаясь, с такой нежностью, что Катерина почувствовала легкий укол ревности. Нет. Палач тряхнула головой, улыбаясь все шире. Это была не ревность. Как владелица лучшего питомца, Катерина смотрела на любимое чадо и его драгоценную игрушку. Детишки были счастливы, и Катерина завидовала лишь их смертным эмоциям. Да, Бэн был полон этими чувствами, как бенгальский огонек он светился радостью, обожанием, заботой. Бэн любил девушку, и это было так очевидно, что даже старая вампирша не могла не заметить этого. Но чувства, что навязал ему Вильгельм, уже давно должны были пройти. А значит…
Катерина всмотрелась в ауру Диты. Девушка была раздражена и устала. И все. Никакой радости и благодарности его заботе. Сенешаль чем-то подкупил ее, толкая в объятья Бэна. Дита подчинилась, но в отличие от Бэна ее совсем не тревожила любовь.
Катерина нахмурилась. Пусть для многих, показательно, Катерина была строга с Бэном, но она ценила его намного сильнее, чем кто-либо из бессмертных мог представить. И сейчас, смотря на эту парочку, вампирша понимала, что ее драгоценный мальчик мог пострадать из-за этой глупой девчонки. А Катерина допустить такого не могла. Дождавшись, когда они закончат ворковать, и проводив их до Тремерской капеллы, Катерина появилась перед слугой.
Бэн опустил голову, приветствуя госпожу.
— Я видела, что ты задержался с Дитой.
— Простите, госпожа, — Бэн смутился, его взгляд забегал. — Вы сами велели держаться к ней ближе.
— Я не виню тебя. — Успокоила его вампирша, — главное, чтобы ты не занимал смертную в МОЕ время.
— Уверяю, я бы никогда не посмел! — Бэн все так же не поднимал на нее взгляда.
— Ты выглядишь счастливым рядом с ней, — женщина подошла к нему вплотную и положила руку на плечо, заглядывая в глаза.
Бэн смутился еще сильнее, но отводить взгляд не посмел и вместо ответа лишь кивнул.
— А что Дита? Разделяет ли она твои чувства?
— Нет никаких чувств, — стал оправдывать он, — мы просто занимаемся любовью!
Катерина усмехнулась.
— Ну, так что с ее чувствами? — Повторила она вопрос.
— Я не знаю. — Бэн отвел взгляд, явно расстроенный. — Я не могу спрашивать о таких вещах.
— Почему же?
— Я боюсь, что она ответит мне совсем не то, что мне хотелось бы услышать.
Катерина задумчиво отвернулась. Очевидно, Бэн дорожил новой подружкой, а вот Дита лишь исполняла просьбу Вильгельма. Впрочем, после того, как Бэн проследил, что девушка постоянно бегает к Джетту, посещая его не смотря на запрет Тремера, Катерина знала, как на нее надавить.
— Ни о чем не беспокойся, — сказала Палач, похлопывая его по плечу. — Меня устраивает эта связь.
— Спасибо, госпожа. — Бэн поцеловал ее руку. — Будьте уверены, что это никак не повлияет на мою работу.
— Само собой, — Катерина оттолкнула его, но потом заботливо улыбнулась, — это очень удобные для меня отношения. Ты больше не злишься на Вильгельма, и только за это я могу быть благодарна смертной.
— Да, госпожа, — покорно опустил он голову, хотя Катерина видела, что слуга хотел возразить.
— Займись проверкой восточных территорий, мне надо заглянуть на запад, — распорядилась Палач.
— Да, госпожа, — снова повторил юноша.
(Шпандау, Spandau Citadel. 25 октября 1808 год. Ночь). Вторник. (Катерина)
Джетт закончил выводить последние буквы в письме, когда в его кабинет осторожно постучали. Осмотрев свое творение, он аккуратно сложил его в конверт и запечатал, и лишь потом открыл дверь. На пороге, сжавшись, сидел слуга.
— Господин, — пробормотал он, смотря на носки его ботинок, — к вам пришла гостья. Мы не смогли задержать ее. Она в северной башне.
Джетт прищурился и, оттолкнув гуля, направился к лестницам. Занятый писаниной, пират пропустил вторжение. Или гость настолько умен, что смог избежать территорий, защищенных Тремерами? Бессмертные маги обещали ему, что особая система слежения будет оповещать о проникновении вампиров или гулей в любое время суток. И до этого она действовала исправно. Бруджа напрягся, предполагая, что сама Алиса могла явиться по его душу. По дороге пирату встретилось несколько солдат, простых смертных, которые довольно суетливо бегали по территории, проверяя крепость. Из мельком услышанного разговора Джетт понял, что на крепость было совершено нападение, и ускорил шаг.
