— Я принадлежу Карлу. Будь уверен, я помню об этом, — равнодушно сказала она.
— О чем вы договариваетесь с Петром? Что планирует этот изворотливый угорь? Уверен, что Петр действует против Тремеров, против Карла и всего клана!
— Петр думает так же про тебя! — Удивленно ответила девушка.
— Он просто затуманивает твой рассудок, ты ошибаешься и его намеренья злобны. Я поддерживаю Сира, твоего хозяина и тебе лучше быть на моей стороне!
— Я на стороне Карла. Ни ты, ни Петр не имеете на меня влияния. Так что оставь меня в покое! — Дита поднялась и попыталась обойти Тремера.
— Петр следит за мной, подсылает в мои покои Марианну, крадет мои свитки и зелья. Вмешивается в отношения с Карлом и пытается очернить его перед Советом. Петр желает присвоить библиотеку и мага себе, но такая добыча ему не по зубам! Передай ублюдку, что если продолжит лезть в мои дела, я нашлю на него Астора, и наглец будет казнен за свои поступки.
— Петр ни делал ничего предосудительного! А ты заставил меня убить ребенка, убить королеву. Я ненавижу тебя!
Дита выкрикнула эти слова ему в лицо, и Максимилиан с размаху ударил ее по щеке тыльной стороной ладони. Девушка отлетела к стене и замерла. Но через мгновение она поднялась, и Тремер отшатнулся в ужасе. Сквозь облик девушки он видел обезображенной гримасой ненависти лицо Лилии.
— Мне не удается прорваться сквозь ее сознание, мой дорогой муж, — произнесла женщина, — но ее гнев направленный против тебя делает меня сильнее.
Вскинув руки, она прошептала какое-то заклинание, и Максимилиан упал перед ней на колени, хватаясь руками за грудь. Его мертвое сердце пыталось покинуть тело.
— Дита! — Закричал Тремер, взывая к магичке, надеясь, что она остановит Лилию.
— Ты лишил ее сознания, глупец!
Лилия сжала пальцы в кулак, и Максимилиан закричал от боли. С трудом справившись с силой смертной, он зажег огонь в своей руке и метнул его в женщину. Она взвизгнула, когда пламя опалило ее руки, и упала, уступая место истинному носителю.
Дита пришла в себя, со стоном взглянула на обожженные кисти и стала их залечивать, даже не обращая внимания на сидящего перед ней на коленях вампира.
— Мне нужно отвести тебя к Карлу. Он проведет ритуал по изгнанию призраков, и мы покончим с Лилией. — С трудом сказал он, излечивая внутренние повреждения.
Дита с непонимание подняла голову. Она не чувствовала Лилию, словно аватар – ее покровитель отступил. Но Лилия редко подавала признаки существования. Лишь во снах она нашептывала смертной странные планы как убить и уничтожить всех.
— О чем ты? Лилия – мой Аватар! И тебе лучше примириться с Петром, чем продолжать бегать за папочкой!
— Лилия – озлобленный дух, глупая смертная, ты позволила поселиться ей в своем теле, и теперь Лилия только и ждет удобного момента, чтобы овладеть тобой. Она питается твоим гневом и болью, и когда-нибудь пожрет тебя полностью! — Максимилиан поднялся и направился к дверям. — Ты должна быть на моей стороне, Дита. Петр не поможет тебе, если Лилия заберет твое тело. Лишь я.
— Макс! — Окрикнула его девушка. — Это ты начал конфликт! Петр не пытался вредить тебе!
— Откуда тебе это знать? Ты ничего не смыслишь в политике и жизни вампиров. Петр стар, могущественный и параноидально боится потерять свою власть. Он сделает все, чтобы сместить всех, кто способен ему навредить. И во мне он видит угрозу, так как я Дитя Юстициара и мои силы во многом превосходят его. Я прожил дольше, я учился, имел допуск к древней магии. Я был магом почти двести лет, прежде чем Тремеры приняли меня как слугу. И я знаю, как сместить Петра с его насиженного, уютного гнездышка!
— Это не Петр плетет интриги. — Вдруг с ужасом осознала девушка, — это ты затеял эту ссору! Если явится ваш Астор, то тебя он и покарает. — Девушек ошарашено смотрела на Максимилиана.
— Астор покарает того, на кого укажу я. Потому что все убийцы клана учились ритуалам у меня. И я для них – настоящий авторитет! — Тремер гордо вздернул голову и удовлетворенно усмехнулся, заметив страх девушки. — Тебя устраивает Петр, потому что глупец не использует твои настоящие таланты. Скармливать тебя вампирам – самое глупое, что мог он придумать. Когда я избавлюсь от Лорда, когда я займу его место, я найду тебе достойное применение.
— Я не буду тебе подчиняться. — Сказала смертная с ужасом.
— Это мы еще посмотрим!
Берлин, Prenzlauer Tor, военные казармы.
11 ноября 1808 год. День. Пятница. (Бэн)
«Я буду с тобой до конца своих дней, только скажи, что я тебе нужен»(с)
— У тебя руки ледяные!
— Снег выпал, не смогла удержаться, — Дита разбудила его, забравшись к Бэну под одеяло и прижимаясь, грелась об него.
— Знаю способ, чтобы ты быстрее согрелась, — он подтянул ее к себе, целуя.
Девушка хихикнула и обвила его руками и ногами, вцепляясь в его губы. Бэн обнял ее крепче, не позволяя уже подняться.
— Эй! Я вообще-то работаю! — Возмущенно заметила Ангелина.
— Мы тебе не мешаем, — сказал Бэн, не отрываясь от подруги.
— Имей совесть! Бэн! Я при тебе со своими любовниками не развлекаюсь!
