— Я бы на это не надеялась, — улыбнулась магичка, — я выбрала это тело целенаправленно. Амалия мой потомок, и я связана с ней не только кровью. Наша магическая сила – общая. Я могу управлять ее силой даже лучше чем она сама. Ведь у меня есть знания. Твои знания!
Карл поморщился. Воспоминания не доставляли ему особого удовольствия. Когда-то Лилия была одной из них. Но женщина предпочла иной пусть и Максимилиан – ее муж, убил ее. Очевидно не до конца.
— Твои данные устарели, милая. На семь столетий! Ты всего лишь дух, призрак, которому не место на этой земле. Я знаю способ, как отправить тебя в бездну. Оставь мою слугу в покое!
— Ты опоздал Карл. Опоздал с кровью и желаниями. Амалия изначально была моей слугой. Дитя еще не родилось, я видела ее великую судьбу. И то, как легко я смогу на нее влиять было вписано в нее моей кровью. Дита – моя. И ни ты никто другой не обратит ее в вампира. Вы не убьете это тело, так же как и мое! Я использую девушку, так как угодно лишь мне.
— Не так-то легко тебе это удается, — злобно заметил вампир.
— Ты прав. Но ваша жадность, человеческая злоба и ненависть глупцов делает девочку слабее. А меня сильнее. Когда-нибудь придет мое время, и ты и твой бывший раб расплатится за все свои грехи.
Лилия рассмеялась и легко взмахнула руками, показывая, что Карл ее не контролирует. Тремер попытался повторить свою попытку справиться с волшебницей, но Лилия полностью освободившись, разожгла огонь вокруг себя, поднимая языки пламени все выше. Вампир сразу отступил и, закрываясь руками от пылающей женщины, старался усмирить пламя дисциплинами. Магичка смеялась все громче, а пламя поднималась все выше.
Карл испугался не на шутку, понимая, что его сил не достаточно, чтобы справиться с ней. У него вообще не было против волшебницы никаких сил, и единственная возможность остановить ее было изгнание. Достаточно сильные заклинание, требующее концентрации, могло выпихнуть старого духа из тела смертной. Но если ему не удастся, вампир почти на минуту будет беспомощен перед разбушевавшейся Лилей. Но то, что творила озлобленная мертвая выходило за рамки дозволенного.
Вампир собрал волю в кулак и, изменяя угол зрения, чтобы увидеть истинную сущность духа, он сосредоточился на ауре волшебницы. Когда Карлу удалось отделить образ Диты от Лилии, он ударил по ней, отталкивая в пустоту. Огонь мгновенно погас. Магичка упала на пол, и комната погрузилась во тьму.
Вампир уложил бесчувственную девушку на свободное от камней место и зажег свечи. Его тело было ослаблено, словно он потратил всю свою кровь. И его воля, сломленная борьбой с древним магом, не хотела более сопротивляться приближающемуся солнцу. Вампир засыпал на ходу, с трудом переставлял ноги. Несколько раз ударив девушку по щекам, он не смог привести ее в чувство и вызвал своего слугу. Не дожидаясь его появления, Карл направился в подземные покои. Встреча с Лилией пошатнула его. И он очень надеялся, что в ближайшие несколько лет не увидит ни древнюю колдунью, ни Диту.
Дита пришла в себя, от неприятного колющего ощущения в спине. Над ней возвышался бледный мужчина, который, казалось, был частично выплавлен из тени.
— Ян? — Произнесла она не уверенно.
— Ты меня помнишь? — В его голосе слышался восторг. — Солнце уже встало, и тебе следует отправиться в карету.
— Карл завершил свои ритуалы? — Спросила Дита, пытаясь увидеть, что же колит ее спину. На коже было лишь черное пятнышко, и девушка не могла его четко рассмотреть.
— Да. И даже более. Ему удалось избавить тебя от твоей преследовательницы. Не знаю, надолго ли, но Лилия оставила тебя.
— Что он сделал? — Дита не слишком понимала, что произошло, потому как особых изменений в себе не чувствовала. Лишь неприятный зуд от знака.
— Лилия – злобный дух. Тебе следовало бы сопротивляться ее присутствию, а ты позволяешь ей управлять собой.
— Лилия – мой аватар! Она заботиться обо мне. Поддерживает и учит. И Лилия защищает меня, спасает в трудных ситуациях.
Архон покачал головой.
— Колдунья сильно запудрила тебе мозги, дитя. Прими как факт: Лилия – зло. Не позволяй ей жить с тобой.
Он помог девушке спуститься со стола и замотал в плед. Только ступив на пол, боль в спине усилилась и девушка вскрикнула.
— Охранный знак не позволит тебе своевольничать. Но не переживай, когда хозяин капеллы установит для него границы, болеть будет лишь за их пределами. И значительно сильнее, — Ян улыбнулся смертной, давая понять, что ей следует в будущем быть осторожнее, так как боль, что наградит ее знак на спине, будет ужасающей.
— Ты поедешь с нами в Берлин? — Спросила она у хранителя библиотеки.
— Не с вами. У Тремеров есть особые способы передвижения, но не всякому позволено их использовать. — Ян снова улыбнулся, — встретимся в городе, девочка. Мне нравиться твое присутствие в моей библиотеке.
