Мариан не отреагировал на его выпад. Он снова смотрел на озеро, которое заволновалось, подернулось рябью. Сердце герцога бешено застучало. Вода всколыхнулась, и над ней показалась чья-то голова. Через несколько секунд к берегу подплыла Кордия. Ему показалось, что вокруг головы девушки он видит сияние. Оно искрило, переливалось бледно-голубым цветом, а когда Мариан протянул ей руку, помогая выбраться, окутало ее с ног до головы. Дор отвернулся, чтобы не смущать Кордию. Грета спешно несла ночной купальщице теплый плащ.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Кордию Мариан.
Сколько заботы в голосе! Дор поправил шляпу и обернулся. Ведьма уже была закутана в плащ и держала в руках кубок, от которого шел пар.
– Мне кажется, не согреюсь до конца жизни, – дрожащим голосом ответила Кордия.
Мариан рассмеялся.
– Через пару дней все пройдет! – бодро заверил он.
– Ты вернула себе силу? Магия снова подчиняется тебе? – с нетерпением спросила Грета.
Вместо ответа Кордия взмахнула рукой, и в темноте вспыхнули тысячи огоньков, делая ночь светлым днем. Грета захлопала в ладоши и обняла ведьму. На губах Мариана появилась гордая улыбка. Дор почувствовал себя лишним на этом маленьком торжестве.
– Мне нужны ответы, – проговорил Дор, глядя на Кордию.
– Что ж… – Кордия прижала руки с кубком к груди и посмотрела ему в глаза. Он ощутил в ней такую силу, что по телу пробежала дрожь. – Меня зовут Никандра Андреса, я дочь первого лорда Касталии и ее единственного правителя.
– Принцесса? – с недоверием произнес Дор. То, что он услышал, было слишком. Он посмотрел на Мариана, ища у него поддержки, но тот оставался бесстрастным.
– Леди Мальвина знает, кто я. Она может подтвердить мои слова, – холодно, даже немного надменно сказала Кордия. – Я удалила татуировку о своем происхождении, чтобы не выдать себя, поэтому не могу доказать официально.
– Но почему? Что за игру затеял твой отец? Это он подослал тебя сюда? Шпионить?
Растерянность отступила, и Дор снова ощутил раздражение. Кордия покачала головой. Мариан подошел к ней сзади и положил руки на плечи.
– Отец не знает, что я здесь. И если ему станет известно, то убьет меня не раздумывая, – сказала Кордия. – Он никогда не примет дочь-ведьму. Магия в Кассии запрещена, все, кто обладает ею, оказываются в закрытых тюрьмах, подобных сумасшедшим домам. Это в лучшем случае. В худшем таких людей убивают сразу, как только эти силы обнаруживаются. Они – предатели всего человечества.
– Как же ты скрывала это от отца? – спросил Дор.
– Мама давала мне солнечный чай, который подавлял магию. Да, я видела вещие сны, мои предчувствия всегда сбывались, но я не понимала, кто я, – сказала Кордия. Грета охнула и прикрыла рот рукой. – А когда сбежала из дома… Магия вырвалась наружу, и мне повезло, что я встретила Зоуи, которая меня всему научила. Хотя бед я натворила, но все могло быть гораздо хуже.
– Ты поэтому сбежала из дома?
– Ее похитил Лейф, – ответил за Кордию Мариан.
– Можно было самому догадаться, – проговорил Дор, не сводя глаз с ведьмы. Когда речь зашла о Лейфе, она сразу поникла, устремив взгляд в землю. – Ты представляешь, какой будет скандал, когда станет известно, что ты живешь во дворце Дамьяна? Да еще на таких условиях.
– Мы должны это скрыть, – твердо сказала Кордия. – Ради блага всех нас и мира. Если отец узнает, что я здесь…
– Начнется война, – закончил за нее Дор.
– Если он еще не знает, – вздохнула Грета.
– Леди Мальвина не болтлива, – сказал Дор. – Хотя по ней не скажешь.
– Но, возможно, об этом знает не только она, – сказала Кордия и вздохнула.
Мариан подтолкнул ее к огню, и ведьма опустилась на корточки возле костра. Грета наполнила кубок, и она молча его осушила.
– Есть только один вариант избежать войны и скандала, – сказал Мариан. – Дор, ты должен жениться на ней.
– Что?
– Отец не примет такого союза, – устало произнесла Кордия.
– А кто его будет спрашивать? Ему придется смириться с этим фактом.
– Чушь ведь несешь, – вздохнув, сказал Дор и посмотрел на чародея.
– Дор, подумай об этом, – настойчиво повторил тот.
– Если вы надеетесь, что в таком случае отец не нападет на Аталаксию, то вы ошибаетесь, – сказала Кордия. – Так что политический брак положение не исправит.
– Но может смягчить это безобразие, – сказал Дор.
Герцог чувствовал себя опустошенным. Не такой правды он ожидал. Хотя он до конца не верил тому, что сказала Кордия. Или не хотел верить – он пока этого не понял. Нужно будет разыскать Мальвину и заставить выложить все, что она знает. А потом устроить ей веселую жизнь за то, что скрывала такие важные вещи, прикрывая девчонку. На что она вообще рассчитывала? Глупая женщина!
– Мы можем использовать Лейфа, – неожиданно сказал Мариан.
– Нет! – Голос Кордии прозвучал резко, даже агрессивно.
– Ты даже не знаешь, что я хотел сказать, – начал Мариан, но Кордия замотала головой.
– Давайте обсудим это утром? – предложила она и закашлялась.
– Кордии бы принять ванну и лечь в постель, – сказала Грета. – Да и вам, ваше чародейство, тоже пора отдохнуть, ведь завтра особенный день, сил много потребуется.
