Мариан кивнул и, подхватив ведьму на руки, понес к карете. Та лишь успела возмущенно пискнуть, а потом обняла за шею. Дор проводил их взглядом и медленно пошел к своей лошади. Огоньки, вспыхнувшие от магии Кордии, замерцали и тут же погасли. Грета суетливо собирала вещи, складывая их в сундук, а потом затушила костер.
Дор забрался в седло и, дождавшись, пока карета тронется, поехал следом за ней.
Во дворец они вернулись под утро. Дор пропустил вперед чародея и девушек. Кордия воспротивилась, чтобы Мариан нес ее на руках. Пошатываясь и через раз спотыкаясь, шла сама, гордо вскинув голову. Это позабавило герцога, он даже не стал скрывать улыбки. Дочь первого лорда Кассии здесь, ему до сих пор в это не верилось. Когда шаги магической троицы стихли и Мариан захлопнул дверь в свои покои, Дор двинулся к себе. Он думал сперва зайти к Мальвине и устроить ей разнос за молчание и сокрытие важной информации, но понял, что слишком устал для такой эмоциональной нагрузки, и решил, что сперва хорошо бы выпить вина и умыться. А еще он замерз и хотел спать. Эти простые ощущения заставляли его верить, что он обычный человек и не несет никакого проклятия, которое может уничтожить толпы людей.
Войдя в покои, Дор замер на пороге. У окна, закинув ноги на стол, с задумчивым видом сидел Бальтазар. Увидев герцога, он бросил на него взгляд и тут же переключился на свои ногти, словно ничего важнее их для него сейчас не существовало.
– Вот уж не думал, что тебе есть у кого пропадать по ночам, – сказал Бальтазар.
– Что ты здесь забыл? Кто тебя пустил сюда?
– Ой, не начинай, ваша светлость, ведь не в первый раз уже! – поморщился Бальтазар. – Новость у меня есть. Не особо приятная, требующая интимности.
– Все так плохо? – вздохнул Дор, и у него заныло под ложечкой. Должен же быть лимит у неприятностей! Ведь нет ничего бесконечного. Или есть?
Бальтазар швырнул на стол сложенное вчетверо письмо со сломанной печатью. Еще не взяв его в руки, Дор понял, кто его писал. С тяжелым сердцем он взял бумагу в руки и быстро прочитал. Не поверил своим глазам и перечитал еще раз.
– Миленько, правда? – белозубо улыбнулся Бальтазар.
– По какому праву ты решил, что должен вскрыть письмо принцессы Дилены? – вскипел Дор. – С каких пор тебя стала волновать королевская переписка? Я не давал тебе таких поручений.
– Но ведь как вовремя это произошло! – с невозмутимым видом ответил Бальтазар. – Разве бы ты иначе узнал о предательстве невесты короля и ее сговоре с врагами?
– Это еще ничего не доказывает, – сказал Дор и снова перечитал письмо. В том, что почерк был схож с почерком принцессы, он не сомневался, но говорить об этом с бывшим разбойником не хотел. Особенно после всего, что произошло с его участием.
– Я бы на твоем месте как можно скорее избавился от такой гостьи.
– Ты не на моем месте.
– У тебя ко мне какие-то претензии? – поднявшись, спросил Бальтазар и шагнул к герцогу. – Если так, скажи. Возможно, я смогу все объяснить.
Раньше бы Дор повелся на такое предложение, но не в эту ночь. Он бросил на Бальтазара холодный взгляд и прошел к окну, чтобы распахнуть его. Ему вдруг стало тяжело дышать, перед глазами поплыли алые искры.
– Ты не знаешь, где Мина? Не смог найти ее, и никто мне не сказал, куда она могла пойти, – проговорил Бальтазар, не в силах скрыть тревоги.
– Я не слежу за твоей сестрой, – небрежно ответил Дор и вспомнил мертвую Мину. – Наверное, поручили какую-то работу.
– Она служит только Кордии, – напомнил Бальтазар. – У нее нет других обязанностей во дворце. Ты ведь только ради этого забрал ее сюда.
– Почему бы тебе не спросить об этом у Кордии?
– Или у ее новой служанки? – осведомился Бальтазар, глядя Дору в глаза. – Не держи меня за идиота, хорошо? Я все замечаю и всегда в курсе всех дел.
– Что заставило тебя вскрыть письмо принцессы Дилены?
– Тот, кто его доставил, – ответил Бальтазар и покинул покои герцога, оставив его в неизвестности, кто был курьером, словно желая наказать за то, что он скрыл от него правду о Мине.
Дор мог бы позвать слуг и приказать задержать своенравного разбойника, но не стал этого делать. Подозрения герцога на его счет начали обретать конкретную форму. Стянув с себя маску и шляпу, Дор швырнул их в дальний угол. Расстегнув рубашку, упал в кресло. Ему нужна была передышка, чтобы понять, что делать дальше.
Заспанную Мальвину герцог застал в ночной сорочке и чепце. В глазах ее отразился страх – еще бы, ведь Дор никогда не приходил к ней в спальню на рассвете.
– Что… что случилось? – пролепетала Мальвина, позволяя ему войти в покои и закрыть за собой дверь.
Дор перевел взгляд на Мальвину, которая нервно потирала руками плечи. В другое время герцога бы это позабавило, но сейчас он был слишком зол, чтобы смеяться. – Ты понимаешь, что своим молчанием подставила под удар всех?! Ты должна была примчаться ко мне быстрее ветра, после того как увидела Кордию и поняла, кто она!
