— Именно, — взгляд императора заледенел. — Никакая женщина не стоит государственного кризиса. Матриархи всегда были на стороне императоров. Так и только так нашим предкам удавалось держать в узде ярость Матрэлов. Я не мог себе позволить лишиться, пусть и на время, поддержки Генгеймов и их партии. — Пальцы императора сжали ее локоть. Брызги слюны из перекошенного рта летели мерзким дождем на лицо Вибеке. — Не мог, понимаешь, не мог.
— Государственные интересы, защита империи и политического порядка — какие красивые слова? — с надрывом вскричала Вибека. — Но это на поверхности. Стоит копнуть глубже и там окажутся лишь мелкие интриги, личные счеты и давняя вражда.
Император неожиданно рассмеялся. — Ты замечательно уловила суть политики милая. Это всегда сочетание большого и малого.
Вибека усмехнулась сквозь слезы. — Меня не удивляет, что Вы выкинули меня из своей жизни, как, — она запнулась, — как ненужное тряпье. Но Клема, — Вибека тут же поправилась, — Ее Милосердие. Как она могла быть такой жестокой?
Император пожал плечами. — Зеленые способны и на гнев, и на обиду и даже подлость. Он снова погладил ее по щеке и на этот раз она даже ждала этого прикосновения. «Он все-таки использует Дар, но если бы я не хотела его простить, ничего бы не получилось».
— Я не прошу у тебя прощения, но умоляю об одолжении.
— Ты вызвал меня из забытого Триедиными захолустья, чтобы просить об услуге? — Вибека уже была готова выслушать императора, пусть и без всякой благосклонности.
— Я дам тебе денег, много денег. — Видя, как вытянулось лицо собеседницы, Рейн моментально изменил тактику. — Ты обретешь новую цель в жизни. И ты спасешь всех нас. — Последние слова он произнес еле слышно.
— Что я должна сделать? — Вибека почти сдалась.
— Ты должна найти одного человека. Маленького ребенка. Ему сейчас немногим больше года.
— Ты серьезно? — Вибека непритворно удивилась. — Просишь меня найти какого-то младенца? — В ход беседы вновь незаметно вернулся оттенок прежней, порядком подзабытой фамильярности. Как когда-то, тридцать лет назад, когда он играючи подкидывал ее верх, а она счастливо хохотала. — У тебя под рукой сотни агентов тайной полиции. Тебе достаточно щелкнуть пальцами и мессир Лип будет рыть носом землю. Да он за декаду найдет тысячу младенцев обоего пола.
— Мне нужен один. — И, помолчав, он раздраженно добавил, — И я не могу к нему обратиться.
— Почему?
— Потому этот ребенок — двоюродный племянник нашего канцлера. — Ответ императора получился резче, чем ему хотелось.
С языка зачем-то сорвался глупый вопрос. — Со стороны матери или отца?
Император взглянул на нее и у Вибеки закололо сердце. «Это его убивает». — Я понятия не имею о его родственниках по отцовской линии, а вот родные его матери…, - он не договорил.
— Клеменция в курсе?
— Разумеется. Именно она мне и рассказала. — Император поморщился. — Но вначале только про одну внучку. — Голубые глаза привычно потемнели. — Ты знаешь, я ни кому не верю. Даже нашему Матриарху, которая так очаровательно краснеет и заикается, когда пытается меня обмануть. Пришлось подключать своих людей. Выпытывать у прислуги. Слишком многое не складывалось. И хотя я давил на Клеменцию изо всех сил, рассказала она не многое. Но главное я узнал. Есть еще и мальчик. — Он прикрыл глаза, в которых клубилась бесконечная печаль.
«Интересно сколько прожили те, кто рассказал Вам об этом?» — Вибека нахмурилась. — Зачем ей такое рассказывать?
— Я могу только предположить. — Император неопределенно мотнул головой. — Какие бы чувства она ко мне не испытывала она прежде всего Владыка, а потому никогда не посмеет переступить через существующие запреты.
«Как Вы ошибаетесь Ваше Величие», — подумала Вибека.
Переваливающейся, утиной походкой Рейн принялся расхаживать по небольшой, полутемной комнате. — А вот ее дочь презрела тысячелетнее табу. То, что сделала Джита — это не просто нарушение традиций, это преступление. Матриарха эта история тревожит не меньше чем меня. Она искала поддержки и совета. Мое мнение неизменно — если этот ребенок жив, он должен сесть на яшмовый трон. Место Младшего Владыки только там.
— До меня дошли слухи, что красным уже недоступен их Зов, — осторожно сказала Вибека.
— И по этой причине тоже, — с досадой бросил император. — И, поверь, она далеко не единственная.
— И где мне его искать? — Вибека уловила победный блеск в глазах Рейна.
— Родственница Матриарха увезла его на север. В какую-то отдаленную обитель. Ты могла ее знать, она постоянно крутилась рядом с ней. Ее зовут Хилда Ойкент.
В памяти Вибеки всплыло широкое, некрасивое лицо кузины Клеменции. — Она бимагик.
— Я знаю, Падший ее возьми. Но если найдешь ее, тогда отыщешь и мальчишку. Даже Матриарх не знает где она. — От досады лицо императора еще больше сморщилось. — Полагаю, Клеменция специально попросила эту Хилду ни чего ей не рассказывать, зная, что я ее буду расспрашивать.
— Да на севере десятки обителей Ордена, — на лице пожилой женщины была написана растерянность. — Если не сотни.
