Я встал и перенес ложе поближе к нашей каменной печи, из раковин доносилось потрескивание запекающихся моллюсков. Юра подцепил одну раковину ножом и уселся на матрас к Дмитрию. Он был невысоким парнем, но широк в плечах и крепкого сложения, единственное, что я знал от Дмитрия, что он самбист. Поев мяса моллюска, он встал и с интересом оглядел наш лагерь, в нем чувствовался беспокойный характер, меня позабавило его сходство с упитанным грызуном, вечно снующим во все углы. На нашу беду Игорь рассказал самбисту о своей находке, отчего тот незамедлительно пошел исследовать змею. Моллюски мне не понравились, и я, закинув сломанную раковину в огонь, взял канистру и прополоскал рот. А наш беспокойный грызун подобрал с земли сухую ветку и на ее конце привязал петлю из веревки, он ловко подцепил спящую красавицу и снял ее с зеленых ветвей. Самбист стоял к нам спиной, и мы с Дмитрием, увлеченные беседой о крабах и их вкусовых достоинствах, ничего не видели, но когда надо мной повисло желтое тело извивающейся змеи и я близко увидел ее гладкую чешую, то так быстро вскочил с ложа, что сумел увлечь за собой всех остальных. И в этот момент своего отчаянного рывка я налетел на крепкий ствол дерева, произошла мощная вспышка в моих глазах, и в эту минуту прозрения я увидел перекошенное лицо Семеныча, выглянувшего из палатки. Одна веревка его палатки была привязана к злополучному дереву, на которое я налетел. Увидав всеобщее смятение в лагере, он решил, что случилось что-то ужасное, и наглухо закрыл молнию палатки. Все это произошло в одно ужасное мгновенье, извивающаяся змея легко выскользнула из петли самбиста и точно упала на мое ложе, обретя свободу, она, словно стрела, выпущенная из лука, стремительно поползла в направлении моей палатки. Все мы все еще стояли за безопасной чертой нашего лагеря, постепенно приходя в себя, и тут я вспомнил, что в палатке спит Оля.
– Боже мой, в палатке спит Оля, – не двигаясь с места, сказал я.
Но, к счастью, наша сытая гостья, обогнув мою палатку, исчезла в зеленых кустах.
– Ну, Виктор, так меня испугал, я подумал, раз он бежит, то мне тем более надо уносить ноги, упирая руки в свои загорелые колени, – сказал Игорь.
– Да, я тоже не понял, что произошло, – с удивлением рассуждал Дмитрий. – Представляешь, Виктор вдруг вскакивает и проносится мимо меня, словно ракета, да.
– Очевидно, теперь она уползла подальше от нашего лагеря, – спокойным голосом сказал я.
Мы медленно вошли в бывшую опасную зону и огляделись вокруг. Из моей палатки выглянула заспанная Оля, она, словно напуганная мышка, вертела головой в разные стороны, но, ничего не обнаружив, она обратилась ко мне.
– Откуда взялась эта змея?
– Вот, полюбуйтесь, Оля, этот ловец и устроил весь этот переполох. Любитель природы…
– Виктор, да он не хотел никого напугать, он случайно выронил, – вступился Дмитрий.
– Понятно, он больше не будет. И он действительно больше не будет подвергать нашу жизнь в лагере опасности, – отрезал я.
– Господи, кругом змеи, как же теперь спать? – запричитала Оля и закрыла молнию палатки.
Скоро виноватый грызун удалился с негостеприимной горы, а вместо него, плавно двигаясь по тропинке, появилась улыбающаяся Ирина.
– А, что у вас здесь произошло? – вкрадчиво спросила она.
Ирина присела рядом с Семенычем на мое ложе, и они внимательно прослушали рассказ Дмитрия о желтом чудовище, натворившем такой переполох на диктаторском острове. Во время своего рассказа Дмитрий то садился на корточки, то вскакивал, то размахивал руками, изображая постыдное бегство в едином порыве. А я, словно напуганная птица, еще долго не мог обрести свое спокойное место, чувство отвращения, вызванное желтой змеей, которая извивалась на моем ложе, не давало мне покоя, и моя душа желала очистительной миссии для оскверненного места. Вечером все ушли на дискотеку, и я остался один верный диктаторскому острову. Разглядывая серые небеса, я понял, что Зевс-громовержец услышал мои молитвы и решил обрушить на оскверненную землю яростные потоки. Серое полотно все больше и больше наплывало на вершины гор, отчего между небом и землей образовалось прозрачное безвоздушное пространство. Серый перевернутый купол, набухая, рос на моих глазах, он настолько близко приблизился к земле, что в одно мгновенье я увидел внутри серебристые стрелы, готовые в любую секунду обрушиться на мой остров. Одинокая мощная стрела вырвалась из купола и пронзила раскаленные камни.
– Началось, – тихо сказал я и кинулся собирать вещи.
