Кремер отметил, что в очень долгосрочной перспективе данные свидетельствуют в пользу Боузрап. Население мира стабильно росло: 125 тысяч человек за миллион лет до нашей эры,4 миллиона в 10000 г. до н.э., 170 миллионов во времена Христа, примерно 1 миллиард во времена Моцарта, 2 миллиарда в эпоху Великой депрессии, 4 миллиарда во времена Уотергейта, 6 миллиардов сегодня… [29] И темпы роста населения все время ускорялись, а не замедлялись. В очень долгосрочной перспективе между первоначальной численностью населения и последующим ее ростом существует положительная связь, как и предсказывали Боузрап, Кузнец и Саймон, а не отрицательная, как предполагали Мальтус, Эрлих и Браун.
Но если отвлечься от череды тысячелетий и взглянуть на недавнее прошлое, эта закономерность не прослеживается. С 1960-х гг. численность населения продолжала расти, в то время как темпы экономического роста замедлились. Однако данный факт не подтверждает выводы Мальтуса. Ведь темпы роста численности населения замедляются из-за снижения рождаемости, а не в результате роста смертности от голода, как предполагали мальтузианцы.
Так как же ответить на вопрос: надо ли субсидировать контроль рождаемости? Во-первых, даже если надо, то не субсидиями на контрацептивы. Это неверный путь, поскольку цена контрацептивов слабо влияет на принятие решения о рождении ребенка. Во-вторых, плюсы и минусы большего по численности населения до сих пор далеко не очевидны. Возможно, каждая страна должна самостоятельно выбирать свою стратегию в этой сфере. И решать, окажет «избыточное» население чрезмерное давление на природные ресурсы или послужит «плодородной почвой» для новых налоговых поступлений и новых идей.
Лучший контрацептив — развитие
Предположим, по ряду причин какая-то страна хочет снизить темпы роста численности своего населения. По какому пути ей пойти? Есть одна статистическая взаимосвязь, которую никто не оспаривает: отрицательная связь между подушевым доходом и ростом численности населения. В богатых странах люди заводят меньше детей, чем в бедных. В беднейших 20 % стран женщина в среднем рожает 6,5 раза. А в самых богатых 20 % — в среднем 1,7 раза [30]. Некоторым это может показаться циничным, но родители делают выбор в пользу качества детей за счет их количества. В богатых странах родители заводят гораздо меньше детей, чем в бедных, зато и вкладывают в каждого ребенка гораздо больше средств — на образование, питание, занятия балетом и т.д.
Почему так? Да все потому же: люди реагируют на стимулы. Нобелевский лауреат Гэри Беккер впервые применил концепцию стимулов к семейной жизни — по этой причине некоторые даже могут счесть его бесчувственным человеком. Он отметил, что по мере того как люди богатеют, их время становится дороже. Всякое время, не потраченное на высокооплачиваемую работу, — упущенная выгода. Забота о детях требует много времени — я с радостью готов это подтвердить. Более богатые родители решают тратить больше времени на работу и меньше — на воспитание детей. Иными словами, принимают решение заводить меньше детей. Более бедные родители не получают таких выгод от работы и проводят больше времени, занимаясь воспитанием детей и, соответственно, заводя их в большем количестве.
Хотя у богатых меньше детей, чем у бедных, они вкладывают в каждого ребенка больше средств. Вероятно, выгоды от инвестиций в квалификацию возрастают по мере роста ее начального уровня. Выгода от обучения геометрии больше для того, кто уже знает арифметику. Высокая квалификация богатых родителей передается их детям отчасти через домашнее «обучение». В результате инвестирование в высококачественное образование для богатых родителей и их детей более выгодно, чем для бедных. Вот почему богатые тратят больше средств на приобретение квалификации их детьми, чем бедные. Если рассматривать страну в целом, то в зависимости от среднего начального уровня квалификации общество характеризуется либо высокой рождаемостью и низкими доходами, либо низкой рождаемостью и высокими доходами.
Оба эти условия тесно связаны. В бедном обществе выгода от наличия квалификации невелика, поэтому инвестировать в ее приобретение невыгодно. Но общество, не инвестирующее в квалификацию, так и остается бедным. Поскольку средний родитель зарабатывает мало, он тратит меньше времени на работу и больше — на воспитание детей, обзаводясь ими в большем количестве. В богатом обществе выгода от квалификации велика, поэтому здесь на получение квалификации затрачивают больше средств, становясь, таким образом, все богаче. Средний родитель в богатой стране зарабатывает много и тратит меньше времени на воспитание детей, потому что у него их меньше. Быстрый старт в развитии сдвинет общество от состояния, характеризующегося высокой рождаемостью и бедностью к состоянию, характеризующемуся низкой рождаемостью и процветанием [31]. Развитие само по себе — гораздо более мощный контрацептив, чем деньги, выделяемые на презервативы.
Две революции
