– Скажите, – вдруг заговорил он, – а вы ещё каких-нибудь революционеров, террористов случаем не знаете?
– Нет, вроде никого больше не знаю.
– А с Ахмедом не доводилось встречаться?
– С Ахмедом… Нет, не доводилось.
– А на Нижнем этаже бывали?
– Не бывал. А почему вы спрашиваете?
– Да так, интересно. Мне вот доводилось бывать. Красиво там очень. Ладно, раз не бывали, ни с кем не общались, значит, вы годны для службы у нас. Вот договор, прочитайте, распишитесь.
– А у вас что, тоже по договору работают?
– Конечно. Всё по закону.
Спустя минут двадцать на документе были поставлены две подписи и печать.
– Поздравляю. Теперь вы полноправный сотрудник чрезвычайной службы. Почти. Только вам необходимо пройти тестирование и обучение. Поэтому пока вы будете числиться курсантом.
Мужчины обменялись рукопожатием.
– Скажите, в среду для начала тестирования вы можете подойти?
– Сюда?
– Не совсем. На седьмую, четыре.
– А во сколько?
– Также, к шести.
– Могу.
– Отлично. Тогда вот, держите пропуск, – выдал дежурный небольшую бумажку с печатью, вписав туда данные Станислава. – Не потеряйте, и никому не показывайте. Вы должны понимать: о том, что вы сотрудник, не должен никто знать. Даже самые ближайшие родственники, друзья. Никто.
– Конечно, да.
– Тогда удачи, черист!
– Спасибо. Всего доброго.
Станислав вышел в приподнятом настроении. Хотелось отметить всё случившееся в кафе или ресторане, но потом, пришла мысль, что надо будет как-то объяснять свою сильную задержку, и охранникам гостиницы, и соседям. Тогда он просто купил бутылочку безалкогольного «Господского» и по дороге выпил её.
– Ты где был? – поинтересовался Говорун. – Второй день поздно приходишь?
– Да подработку нашёл. Репетиторствую.
– Понятно. Ну, молодец.
«Правильно ли я сделал, – размышлял Философ, – что не признался в знакомстве с Ахмедом, и в том, что был на Нижнем? Наверное, правильно. Иначе бы меня просто не взяли. И все мои начинания, мой план – коту под хвост».
«Завтра идти на тестирование, – крутились мысли в голове Станислава, отдыхавшего в номере на кровати после работы. – Может, подготовиться как-то? Но ведь даже приблизительно неясно, что там будет. Интересно, а можно всё это дело провалить, так что и не возьмут? Да нет, я же уже договор трудовой подписал. Разве что… всплывёт эта история, что был на Нижнем, и с Ахмедом разговаривал. Да не просто разговаривал, а ещё наставления и учебную литературу по руководству к подпольной борьбе получил. Возможно, надо было сказать всё, как есть? Нет, сделай я так, едва ли оказался бы на службе. Хорошо, если бы в тюрьму ещё не посадили. Хотя…
Интересно, почему же всё-таки меня стали брать на службу? Почему вообще человека берут, трудоустраивают в ту или иную организацию, в известной степени солидную и серьёзную? Не важно, сам он приходит или «фирма» на него выходит. Видимо, потому, что этот человек нужен, от него что-то нужно. А иначе как принятием его в свои ряды получить это невозможно. И не обязательно быть каким-то суперумным или сильным. При этом каждому, если вдуматься, выгодно, чтобы на него работали, бесплатно, да ещё и никуда деться не могли. Если от гражданина что-то требуется – для начала можно просто попросить его сделать это. Бесплатно. И если согласится, тогда и брать на службу нет смысла: он бы и так делал для них, что нужно. Да и морально-психологические качества такого субъекта сомнительны. А вот откажется – надо полагать, и станут брать к себе. Но хорошо, когда ясно, что просит организация. А ведь так может и какой тайный сотрудник, обычный человек, о чём-нибудь попросить. И хрен его знает, что ему нужно в действительности, каковы могут быть последствия. Так выполнишь чью-нибудь просьбу – а из-за этого хрень какая случится, даже преступление серьёзное. Будет умолять пакет соседу передать, скажет, что он его друг, подарок хочет сделать, а там, может, «жучок», или вообще бомба. Получается, чужих просьб нельзя выполнять? Нет, наверное, не совсем так. Нельзя выполнять чужих просьб, если они касаются третьих лиц, их интересов. Тем более, если это может навредить им. Да, пожалуй, так. Но если, к примеру, тебя мама или жена попросила свет в ванной выключить, хлеба купить – это другой разговор.
А ещё – как вариант – наехать на тебя какому-нибудь бугаю, здоровому и злому. Да, тут, думается, главное – не струсить, не выполнять его «мягких просьб».
