Но тут же его и закрыл. Потому что Райтэн, действительно, пусть и сделал всё, чтобы поднять каменноугольное предприятие, уделял ему не больше внимания, чем любым другим своим проектам. Это Дерек вертелся на месте круглый год и постоянно что-то организовывал и улучшал; Райтэн же проводил за работой на карьере хорошо если треть года.
— Эм, — растерявшись, Дерек запустил руку себе в волосы и задумался.
— Отлично, — воодушевился Райтэн. — Значит, пока я смотаюсь в Аньтье и Брейлин, ты как раз разберёшься со смыслом жизни…
— Что? — потерянно переспросил Дерек, выбираясь из своих мыслей на тему «куда это завернула моя жизнь и туда ли я хочу».
— Со смыслом, — невозмутимо повторил Райтэн, деловито собирая свои бумаги. — Жизни. Ну, знаешь, — с шутовской интонацией помахал он в воздухе свободной рукой. — Это когда человек отвечает на вопрос, зачем он живёт. — Смерив друга скептическим взглядом, он прищурился: — Во всяком случае, я надеюсь, что ты с этим справишься!
Дерек выгнул бровь.
Райтэн ответил ему насмешливым взглядом и продолжил собирать свои вещи.
Хмыкнув, Дерек уточнил:
— А ты уже справился, выходит?
— Разумеется! — отмахнулся Райтэн.
Не дождавшись пояснений, Дерек поторопил:
— И?
Со вздохом поставив книги на край стола, Райтэн распрямился, повернулся к другу и торжественно провозгласил:
— Я живу, чтобы привнести хоть немного порядка в этот мир победившего идиотизма! — после чего с полной невозмутимостью подобрал собранное и двинулся на выход с напутствием:
— К тётке загляни, она обрадуется!
Дерек заморочено кивнул.
— И к Фарсэну! — из прохода донеслось до него.
— Обязательно! — согласился Дерек.
Затем сморгнул и попытался понять, зачем ему к профессору и почему он согласился.
Долго размышлять ему не дали, потому что голова Райтэна просунулась в дверной проём и строго добавила:
— И с Магрэнь поаккуратнее, а то не успеешь оглянуться, как она тебя в оборот возьмёт!
Поморщившись, Дерек махнул рукой:
— Да поезжай уже, сам разберусь!
Согласно хмыкнув, Райтэн кивнул на прощание и, наконец, удалился.
Дальнейший путь его лежал в Аньтье: разбираться с кораблями. Всю дорогу он продумывал в голове те или иные нюансы, и пытался рассчитать, застанет ли в городе Этрэна — от этого многое зависело. Однако, в любом случае, в первую очередь он решил зайти к отцу — всю авантюру всё равно пришлось бы проворачивать с его участием — и тут-то его ждал сюрприз.
Вместо отца он неожиданно обнаружил в знакомом кабинете брата.
— Кэн? — аж споткнулся на пороге Райтэн, заметив у шкафа прилизанную макушку младшенького.
Тот обернулась; на лице его читалась радость.
— Какие люди! — воскликнул он, делая пару шагов к визитёру.
Впрочем, Райтэн, как и всегда, не выглядел как человек, который готов на радостях обниматься. Мрачно сложив руки на груди, он смерил брата испытующим взглядом и холодно спросил:
— Что с отцом?
К его удивлению, этот вопрос вызвал заметную досаду и раздражение. Резанув рукой воздух резким движением, брат язвительно поведал:
— Ты знаешь, он как-то не удостоил меня чести обладать этой информацией!
Райтэн медленно моргнул, пытаясь понять, что, вообще, происходит. Сколько он себя помнил — отец безвылазно торчал в своём городе, и любые поиски его персоны ограничивались тремя направлениями: дом, администрация или особняк Этрэна.
— Рассказывай, — наконец, велел Райтэн, в несколько быстрых шагов подходя к привычному месту для визитёров и устраиваясь там.
Брат стол обогнул, но садиться на место отца не спешил. Хмыкнув, он поделился с большой иронией в голосе:
— Прямо на праздновании своего юбилея, где-то между вторым блюдом и десертом, он вдруг встал, заявил, что пятьдесят пять лет — это отличный возраст, чтобы начать новую жизнь, похлопал меня по плечу, велел принимать город — и ушёл.
— В смысле? — глупо переспросил Райтэн.
Кэн передёрнул плечами, сел и не ответил.
— Хм, — глубокомысленно изрёк Райтэн.
Кэн хмыкнул и развёл руками.
— Как это!.. — начал было один, но закончил за него другой:
— По-семейному, да?
Помолчав, Райтэн вынужден был согласиться:
— Ну да.
После чего с большим недоверием и скепсисом смерил взглядом брата. На фоне остальных Тогнаров он теперь казался подозрительно не склонным к чудным поступкам.
— Я единственный образец здравомыслия в нашей безумной семейке, да! — прекрасно расшифровал этот взгляд Кэн.
Поразглядывав его с минуту, Райтэн заключил:
— Просто твоё время ещё не пришло.
