– Между нами не такая уж большая разница, Меган, – говорит Сэйнт уже спокойнее. Он нависает надо мной, и я чувствую свою полную беспомощность. – Тебе нужно было вдохновение. Я дал тебе больше, чем ты могла мечтать. – Он наклоняется, касаясь губами моего уха. – И тебе все
Зажмуриваюсь. Сэйнт по-прежнему стоит рядом – я чувствую его дыхание на своем лице. У меня по щеке скользит слезинка, и я вздрагиваю, когда он вытирает ее пальцем.
Не уверена, что я в полной безопасности, и так же не уверена в том, что он может причинить мне вред – по крайней мере физический. Однако теперь я знаю, что жены у него нет, и это полностью меняет дело. Если про нас узнают, ему терять нечего. Я же потеряю
Сглотнув комок в горле, поднимаю на него глаза:
– Собираешься мужу рассказать?
Он выглядит оскорбленным.
– Ты правда думаешь, что я способен так с тобой поступить?
– Я понятия не имею, на что ты способен!
Секунду он молча разглядывает мое лицо. Останавливает взгляд на моих дрожащих губах и, чуть отклонившись назад, проводит по ним пальцами – как будто снова жаждет поцеловать.
– Я на многое способен. Но тебя я не обижу.
Стараюсь взять себя в руки. Не хочу показывать ему, что мне страшно… и что какая-то ненормальная часть меня безумно жалеет, что все кончено.
– Окажи мне любезность, Меган, – тихо просит он. – Когда закончишь книгу, посвяти ее Сэйнту. Потому что он ее из тебя вытрахал.
У меня перехватывает дыхание, но не от страха. Мне жутко от собственной реакции – так не должно быть! Почему мне хочется, чтобы он трогал меня, чтобы целовал, чтобы трахнул? Это неправильно!
– Я хочу уехать, – шепчу я.
Он все еще гладит пальцем мои губы. Мы встречаемся взглядами, и, не обращая внимания на мои слова, он подходит вплотную и целует меня. Его язык сплетается с моим, наше дыхание сливается в одно. Боюсь, что не смогу удержаться от ответа, если прямо сейчас его не оттолкну.
Упираюсь руками ему в грудь, и он тут же демонстративно делает шаг назад, освобождая путь к двери.
На секунду в глазах Сэйнта появляется странное выражение – как будто я его глубоко ранила. Ему не хочется, чтобы я уезжала, и он надеется, что я передумаю.
Я ни секунды терять не собираюсь!
Отскочив от стены, хватаю телефон, чемодан и ноутбук и, не оглядываясь, бегу к машине. Бросив вещи назад, я запираю двери, завожу машину, включаю заднюю и только тогда решаюсь оглянуться.
Прислонившись к двери, Сэйнт смотрит, как я уезжаю. Я не свожу с него глаз, пока сдаю назад, – хочу быть уверена, что он не попытается меня остановить.
Когда я уже выворачиваю на дорогу, он машет мне рукой, как будто я не спасаюсь бегством, а мы просто прощаемся ненадолго.
Вдавив педаль газа в пол, скорее уношусь из этого проклятого места. Чем дальше, тем сильнее льются у меня из глаз слезы.
Произошедшее просто не укладывается в голове. Думаю о Майкле, девочках и о том, как много они для меня значат и как я, конченая эгоистка, чуть их не подвела.
Я до сих пор не могу быть уверена, что Сэйнт ничего не сделает. Остается лишь надеяться, что чертова игра закончена, и молиться, что он не объявится вновь.
Мои размышления прерывает резкий звук, от которого я вскрикиваю.
Выдыхаю, стараясь успокоиться, и кошусь на пассажирское сиденье – на экране имя Майкла.
Схватив телефон, отвечаю на звонок, стараясь, чтобы голос оставался ровным.
– Привет. – Я не то шепчу, не то кричу.
– Ты в порядке? – спрашивает Майкл.
– Да, в порядке. Просто… не очень хорошо себя чувствую, решила вернуться пораньше.
– Отлично, пойду скажу девочкам – они будут счастливы. Только плохо, конечно, что тебе нездоровится. Может, суп приготовить?
– Да, было бы здорово. Приеду через пару часов.
– Осторожнее за рулем, не торопись.
– Хорошо. Люблю тебя, Майкл.
– Я тоже тебя люблю.
Кладу трубку. Проверив, не едет ли кто за мной, останавливаюсь и заношу номер Сэйнта в черный список.
Надеюсь, на этом все закончится.
– Дочитал, – объявляет Майкл, захлопывая книгу.
Мы лежим в постели. Я делаю вид, что работаю и мне все равно, сколько страниц ему осталось, но на самом деле ни о чем другом и думать не могу.
Раньше Майкл знакомился с моими книгами еще до того, как я сдавала рукопись в издательство. Потом понял, что ему больше нравится читать их в день выхода: черновик и финальная версия всегда мало похожи друг на друга.
– И-и-и? – волнуясь, спрашиваю я. Я стала ценить честность Майкла еще больше после того, как сбежала с озера, оставив Сэйнта на пороге домика.
– Это… – Майкл поворачивается ко мне, пытаясь подобрать определение. – Черт возьми, это гениально! Лучшее, что тебе удавалось!
Мне приятно до глубины души.
– Правда?
