Она и Чендлер инструктировали меня на протяжении следующих полутора дней. Я узнал, что техасский миллиардер Росс Перо владел компанией Electronic Data Systems (EDS), с середины 70-х имевшей филиал в Тегеране. Шах нанял EDS для создания компьютеризированной базы данных социального обеспечения, чтобы вести учет иранских граждан.
Офицеры разведки объяснили, что в декабре 1978 года, когда протесты против шаха переросли в акты насилия в Тегеране и других иранских городах, двое сотрудников EDS, Пол Чьяппароне и Билл Гейлорд, были арестованы шахским правительством и брошены в тюрьму. В течение четырех дней после ареста Перо собрал команду сотрудников EDS с военным опытом во главе с отставным полковником Сил спецназначения Армии США Артуром Д. "Быком" Саймонсом, чтобы спланировать и провести налет на тюрьму Гаср для освобождения своих сотрудников.
Согласно изложенной Перо версии событий, пересказанной в бестселлере британского писателя Кена Фоллетта
По их словам, спасательная команда EDS просто дождалась возвращения лидера оппозиции аятоллы Хомейни и свержения правительства шаха в первую неделю февраля 1979 года. Когда 11 февраля прохомейнистские толпы в результате скоординированной атаки на шахские тюрьмы и управления полиции распахнули двери тюрьмы Гаср, Чьяппароне и Гейлорд просто сбежали вместе с остальными из десяти или более тысяч человек, содержащихся там. Затем двое американцев направились прямиком в отель Хаятт, где встретили полковника Саймонса и его команду, организовавших их эвакуацию через Турцию.
Как бы то ни было на самом деле, суть была в том, что дюжина сотрудников компании Перо осталась в Тегеране. По словам инструктировавших меня офицеров разведки, эти люди теперь отсиживались в находившемся в центре города двухэтажном офисе EDS и боялись выйти из него.
Агентство хотело, чтобы я вернулся в Тегеран и заплатил местным чиновникам за обеспечение безопасного выезда сотрудников EDS из Ирана.
"Вы готовы выполнить такую задачу?" спросила Энн.
"Конечно", ответил я. "Без проблем".
Хоть я и согласился, в мою голову нахлынули страхи и сомнения.
Я подумал о своем друге Масуде, который помогал мне во время моего прошлого пребывания в Тегеране, и поразмыслил о том, как я могу с ним связаться.
Согласно плану, который Энн и Чендлер изложили под конец проведенного вместе второго дня, я, как и несколько месяцев назад, должен был лететь в Тегеран. На мой взгляд, это выглядело лишенным воображения и слишком рискованным. Так что в тот же вечер я сел и придумал свой собственный сценарий, по которому я должен был лететь в Турцию, а затем сесть на поезд до соседнего Азербайджана. Из Азербайджана я проехал бы через Узбекистан в Таджикистан перед тем, как попасть в Афганистан. Добравшись до Герата, что на западе Афганистана, я пересек бы границу с Ираном, и в иранском городе Мешхед сел на автобус до Тегерана.
Когда на следующий день за обедом я представил свою идею Энн и Чендлеру, они, похоже, были удивлены. Энн спросила: "Как, черт возьми, вы это придумали?"
"Я знаю этот регион и пытался разработать что-то, что иранскому революционному правительству было бы трудно отследить".
"Вы определенно добились этого", заявил Чендлер, поедая бургер с картошкой в ресторане отеля. "Полагаете, это сработает?"
"Надеюсь, что да. Как только окажусь в Тегеране, отправлюсь в центр и наведаюсь к сотрудникам EDS, а затем придумаю способ вывезти их из страны".
"Окей. Мы вернемся к вам сегодня вечером".
Я нервничал в ожидании, вновь и вновь представляя, как оказываюсь в тюрьме в Иране, и разъяренные исламские экстремисты расстреливают меня.
Сотрудники разведки вернулись вечером и заявили, что задание в Тегеране отменяется.
"Правда?" спросил я, гадая, правильно ли я расслышал.
"Да", ответила Энн.
Я почувствовал такое облегчение, что чуть не упал в обморок. Мне велели вернуться в Брэгг и доложить их коллеге из ЦРУ в Центре имени Джона Кеннеди. Позже я узнал, что сотрудники EDS набрались смелости, покинули свой офис, доехали до аэропорта и без происшествий выехали из страны. Вроде как в фильме
