В другой раз нас послали обследовать предполагаемое место размещения ОМУ (оружия массового уничтожения) примерно в двадцати милях вглубь иракской территории. Поздно ночью мы прошли через песчаную бурю и обнаружили расположение, издалека выглядевшее пустым – ни огней, ни признаков движения. Держа пальцы на спуске наших М16, мы выдвинулись к самому забору. Пока мои коллеги несли охранение, я срубил замок на воротах. Затем, когда двое парней остались в охранении, я и еще один коллега надели костюмы химзащиты и вошли внутрь.
Мы обнаружили два низких заброшенных здания и несколько старых бочек и ржавых баллонов. Я не был экспертом по химическому оружию, но это выглядело как дырка от бублика.
Тем не менее, мы сообщили координаты находившемуся над нами пилоту F-15, а затем отошли и с безопасного расстояния наблюдали, как реактивный самолет прошел над целью и стер ее с лица земли. С расстояния в полмили зрелище было невероятным, а разрушительная мощь единственного F-15 внушала трепет.
Теперь я понял, почему решимость иракских войск была невелика. Мы вновь и вновь становились свидетелями этому в трех или четырех перестрелках, в которых принимали участие. Как только мы открывали огонь по иракским солдатам, они, как правило, сразу же бежали, хотя мы действовали ночью на их территории и почти наверняка были в меньшинстве.
Так что для меня не было сюрпризом, что когда в конце февраля началось наземное наступление Коалиции, оно не встретило большого сопротивления. Освобождение Кувейта заняло четыре дня. За исключением нескольких напряженных танковых боев большинство иракских подразделений быстро сдалось. Они оставили после себя разграбленные дома и предприятия, мины и более 700 горящих нефтяных скважин.
Безжалостный каток возглавляемой США Коалиции не остановился на освобождении Кувейта, а направился в Ирак и покарал Республиканскую гвардию Саддама. VII корпус Армии США, во главе которого шел 2-й бронекавалерийский полк, вторгся в южный Ирак со стороны западного Кувейта. Одновременно с этим XVIII воздушно-десантный корпус США, на острие которого были 3-й бронекавалерийский полк и 24-я пехотная дивизия, атаковали через незащищенную южную пустыню Ирака. К ним присоединились британская 1-я бронетанковая дивизия и французская 6-я легкая бронетанковая дивизия "Даге" (Daguet).
На этот раз некоторые из подразделений иракской Республиканской гвардии ожесточенно отбивались, окопавшись вместе с танками. Но их перехитрили, обошли с флангов и, в конце концов, зажали между двумя мощными группировками, и начали громить. Понеся тяжелые потери, они развернулись и побежали – живая сила, танки и машины – массово отступая на северо-запад по соединяющей Ирак и Кувейт шестиполосной автомагистрали (Шоссе №80). ВВС Коалиции наносили по отступающим подразделениям гвардии ракетные, бомбовые и штурмовые удары, превратив дорогу в то, что получило название Шоссе Смерти. Тем временем силы Коалиции преследовали иракских солдат, пока до Багдада не осталось менее 150 миль(240 км), прежде чем они отошли к восточной границе Ирака.
Через сто часов после начала наземного наступления Коалиции оно достигло своих целей. А 28 февраля президент Буш объявил о прекращении огня.
По оценкам, в ходе конфликта погибло от 20000 до 26000 иракских военнослужащих, в то время как потери Коалиции составили 348 человек. Сто сорок восемь из них были американцами.
Унизительное поражение армии Саддама Хусейна вызвало восстания среди мусульман-шиитов и деморализованных солдат в южном городе Басра, и среди курдских националистов на севере Ирака. Сторонники Саддама беспощадно отреагировали на оба выступления.
Именно в это время, во вторую неделю марта 1991 года, офицеры американской разведки искали добровольцев, берущихся проникнуть в Ирак и сообщить о внутреннем насилии. Как всегда, я поднял руку, и благодаря своему опыту и языковым навыкам был выбран двумя парнями из военной разведки S2, руководившими операцией.
В нашу группу из пяти человек входили крупный афроамериканец E5 из Сил спецназначения по имени Леонард, утверждавший, что говорит по-арабски, что оказалось большим преувеличением, высокий медик Сил спецназначения ливанского происхождения по имени Юсеф, и двое молодых парней из кувейтской разведки, Абдулла и Маджид.
В ходе инструктажа офицеры S2 сделали следующее предупреждение: "Это будет нелегкая работа. Не делайте ничего, что могло бы привлечь к вам внимание. Постоянно следите за своим поведением. Откладывайте в памяти все, что видите, но не делайте никаких записей".
"Можем ли мы носить оружие?" спросил Леонард.
"Это зависит от вас. Если вы все же возьмете оружие, убедитесь, что это пистолет российского или китайского производства носите его скрытно и имейте в виду, что делаете это на свой страх и риск. Если вас поймают, не ждите, что мы вам поможем".
Задача вновь вызвала у меня воспоминания о поездке в Тегеран десятью годами ранее. Вот только Ирак был мне не знаком. Все, что мы знали – если выяснится, что мы американцы, мы точно пострадаем.
