Из театра мы сбегаем в антракте. Опера прекрасна, но мне безумно жаль тратить время на музыку, когда часы неумолимо тикают, приближая наше с Ильей расставание. Тем более, он не убирает руки с моего бедра, поглаживает и дразнит.
— Хочу тебя, — шепчу я, едва завершается первый акт.
— Уйдем?
— Да.
Илья не спрашивает, понравилась мне опера или нет, просто берет за руку и ведет на парковку, где мы оставили машину. Она стоит в укромном уголке, вокруг ни души, поэтому я позволяю Илье не только поцелуи. Он задирает подол платья, гладит меня между ног. И вдруг останавливается.
Я едва вижу его в темноте, но ощущаю горячее дыхание и слышу хрипловатый голос:
— Тами, ты уверена?
Более чем. Мне сорвало крышу, мне мало оставшегося времени. Секс в машине? Да! Иначе я буду жалеть о том, чего не случилось. Вместо ответа я кладу ладонь на член Ильи, бугрящийся под брюками, и слегка сжимаю пальцы.
— Назад, — выдыхает Илья. — Быстро!
Я перебираюсь на заднее сидение, а он набрасывает свой пиджак на спинки двух передних. Сомнительно, что нас не увидят, если кто-нибудь встанет напротив машины, но все же ощущение защищенности есть. Илья присоединяется ко мне, и его поцелуй смывает остатки стыдливости.
В нетерпении дергаю брючный ремень, пытаясь его расстегнуть, но Илья справляется с этим лучше.
— Какая же ты горячая, Тами, — шепчет он, раскатывая по члену презерватив.
Странно, ведь это его прикосновения обжигают. Он усаживает меня на колени, лицом к себе, отводит в сторону ткань трусиков и упирается головкой члена в половые губы. Ерзаю в нетерпении, одновременно расстегивая пуговицы на рубашке. Отчего-то мне важно прижаться губами к его обнаженной груди.
Целую плечо, провожу языком над ключицей. Илья подается вперед, крепко удерживая меня за бедра — и я чувствую, как член скользит во мне. Вскрикиваю от удовольствия, и Илья затыкает мне рот поцелуем.
Невозможно не думать о том, что мы занимаемся сексом в машине, на общественной парковке. Это так будоражит кровь, что ощущения становятся ярче и острее. Это не похоже на неспешное наслаждение друг другом. Это цунами, смерч и ураган, и мой оргазм наступает быстро и длится дольше, чем обычно. Обессилев, я всхлипываю и обнимаю Илью, позволяя ему получить разрядку. Еще несколько фрикций, и чувствую, как он содрогается. И я, получив новый толчок, ловлю отголоски его оргазма.
А после мы отдыхаем в объятиях друг друга, пока Илья не говорит нехотя, что пора ехать. Он подает мне влажные салфетки, мы приводим себя в порядок, я одергиваю платье и снова сажусь впереди.
— Не ожидал, что ты на это согласишься, — признается Илья, занимая место водителя.
— Давай представим, что я вытащила бумажку с этим заданием, — улыбаюсь я. — Вне очереди.
— Мне нравится, когда ты такая, Тами.
Дорога до дома долгая из-за вечерних пробок. Усевшись вполоборота, я смотрю на Илью: изучаю его профиль и стараюсь запомнить каждую черточку, несмотря на тусклое освещение. Воспоминания — это все, что у меня останется, ведь я не могу сохранить его фотографию. Иногда Илья бросает на меня быстрый взгляд, словно хочет удостовериться, что я рядом, и вновь сосредотачивается на дороге.
— Я думал, мы поужинаем где-нибудь.
— К черту ужин, — заявляю я и сбрасываю туфли, едва переступив порог квартиры. — Хочу играть дальше. Моя очередь!
Илья лишь посмеивается, не возражая. Сегодня судьба ко мне особенно благосклонна, на бумажке, что я вытащила, всего четыре буквы: БДСМ.
— Не знаешь, что с этим делать? — интересуется Илья, заглядывая мне через плечо.
— Не то, чтобы…
— Давай поменяемся ролями? Я точно знаю, чего хочу. Ты вообще знаешь, что такое БДСМ?
— Кто ж сейчас этого не знает?
— Ах, да… пятьдесят оттенков. Так ты передашь мне власть?
Если бы бумажку вытащил Илья, то доминировал бы он. Но случай распорядился иначе, мне досталась роль госпожи.
— А ты мечтаешь меня выпороть? — шучу я, сощурившись.
— Нет, Тами. — Илья совершенно серьезен. — Все, чего я хочу — это доставить тебе удовольствие. Настоящего БДСМ у нас не получится, только игра в ванильный.
— Я тоже хочу доставить тебе удовольствие, — возражаю я. — Что ты мне позволишь?
— Все, — невозмутимо отвечает он. — Все, что захочешь, Тами.
— Илья, я не такая уж несведущая, — предупреждаю я. — Знаю, что кроме порки есть разные практики. Ты не станешь возражать, если я захочу пытать тебя горячим воском? Или протыкать кожу иглами?
— Не стану. — Он смотрит все так же серьезно. — Делай, что хочешь. Правда, наручников у меня нет, да и веревок тоже, а из ударных девайсов могу предложить только ремень.
У меня нет никакого желания причинять Илье боль, да и унижать — тоже. Но его доверие… подкупает. Он уверен, что все выдержит? Или знает, что я не смогу поднять на него руку? А он… На что способен он, если передать ему контроль?
— Встань на колени, — приказываю я.
— Игра уже началась? Ты ничего не приготовила.
— И молчи, если не спрашивают.
