Надежда достала из сумочки российский паспорт своей подопечной, открыла страничку с фотографией. На фото хорошо была видна небольшая родинка над пухленькой губкой с левой стороны. У мертвой девушки с полицейского снимка лицо представляло сплошной кровоподтек, на котором рассмотреть маленькую родинку было невозможно.
— Я уже ни в чем не уверена! — воскликнула Надя в полном замешательстве. — Господи, хоть бы это была не она!
— Все-таки ты должна сказать точнее, Надюша. Надо ехать в морг.
— Юра, а уголовное дело обычно заводят, когда вот такие… вещественные доказательства появляются? — поинтересовалась Устинова, кивая на фотографии. — Или как это называется?
— Вопрос риторический? — мрачно спросил полковник.
Дорога в морг заняла не более тридцати минут. Надежда за это время не промолвила ни слова, находясь в напряженном ожидании.
В морге, в большом холодном зале, в ряд стояли несколько столов-каталок… накрытых синими простынями. Надежда даже не сразу сообразила — ЧТО лежало под синей материей. Санитар со скорбным лицом подвел Юрия и его спутницу к одному из таких столов.
— Готовы? — осведомился он.
— Да, — спокойно ответила Надя.
Привычным движением мужчина откинул простыню с лица мертвой девушки. Надежда с Юрием подошли поближе.
— Не она! — выдохнула женщина с явным облегчением. — Бедная девочка… ужас какой! — и она поспешила прочь из этого жуткого места.
Глаза Надежды наполнились слезами — то ли от облегчения, что это не Иринка, то ли от жалости к погибшей молоденькой девушке.
— Ну что ты, Надюша, ведь это же не Ирина! — попытался успокоить ее Юрий Петрович.
— Если ее надо опознавать, значит, родители еще не в курсе, что случилось с их дочкой… Юра, тебе каждый день приходится с такими… делами сталкиваться, к этому же невозможно привыкнуть! Как же можно так жить?!
— Работа есть работа, — спокойно ответил полковник, — и не такое бывает. А привыкнуть к подобным вещам действительно невозможно… Это она еще в хорошем состоянии. А бывает!.. — он махнул рукой. — Да что мы об этом говорим!
— Но ведь так можно и с ума сойти!
— Наверное, можно. Но надо уметь отвлекаться, переключаться на что-то позитивное. Или менять работу… Я вот прихожу в свою берлогу, беру томик Есенина, ложусь на диван и забываюсь. Или слушаю музыку. Скрипичные концерты Паганини, например. Как будто в чистом ручье умываюсь! — Юрий смущенно улыбнулся.
Надежда подумала, что сейчас он больше похож на застенчивого мальчишку, а совсем не на полковника милиции.
Взгляд его стал задумчивым, мечтательным.
— А знаешь… я ведь мог стать скрипачом! — вдруг признался Юрий. — Учился в специализированной музыкальной школе при Новосибирской консерватории. Довольно успешно, но… неудачно упал с дерева в седьмом классе, сломал в запястьях обе руки, потом долго лечил… играть уже не смог… Вот такая история… Но, может быть, оно и к лучшему! Скрипачом надо быть либо гениальным, либо никаким.
— А я окончила музыкальную школу, и тоже по классу скрипки, — вставила Надежда, в очередной раз удивляясь тому, как много у нее и у этого московского полковника общего, — правда, не специализированную… и совсем не блестяще… Средненько — на четверочки. И скрипачкой вот не стала. В те времена я мечтала стать космонавтом!
— Ого! — удивился он.
— Да… было такое…
— А все-таки мы с тобой родственные души! — с улыбкой заметил Юрий Петрович.
— Наверное, — согласилась Надежда.
Вернулись в управление. Надежда почувствовала облегчение, не увидев на месте строгой секретарши. Юрий Петрович сделал несколько звонков.
Шел четвертый час дня, когда в кабинет влетел капитан Шаповалов и доложил:
— Товарищ полковник, Китаец вчера улетел в Стамбул!
— Откуда узнали?
— Коля Беленький сообщил. Вот только ни на один стамбульский рейс он регистрацию не проходил!
— А Коля-то с какой стати сюда затесался?
— Так Коля на него сейчас работает, Китаец его в охранниках держит уже год. Ну и вышибает денежки с проигравшихся должников, по совместительству.
— Один Китаец улетел… или как?
— Коля говорит, с девушкой.
— С какой?
— По описанию выходит, что… именно с той, которую мы ищем. Очень похожа. Коля сказал, что ее Китаец в карты выиграл у Рашидки-шулера…
— Даже так, — усмехнулся Юрий.
— Надо лететь туда! — решительно сказала Надежда.
— Следует еще раз проверить все рейсы в Турцию. Может быть, они не напрямую в Стамбул полетели…
— Проверим, — кивнул капитан. — Если она с Китайцем, то мы хотя бы можем предположить, где ее искать.
— А кто такой этот Коля Беленький? — спросила Надя.
— Это персонаж, широко известный в узких криминальных кругах, — усмехнулся полковник, — перекати-поле. Скачет от одного хозяина к другому. Шестерка, как у них говорят. Бывший боксер. Сила есть, а ум, видно, весь вышибли. Удивительно, как его никто из них еще не хлопнул до сих пор…
— По-моему, у Иринки нет загранпаспорта. С собой, во всяком случае… Как же она могла улететь? — спохватилась Надежда.
