– Ещё немного и я закажу Вестина.
Мне начинало казаться, что Вестин мне всё-таки что-то подмешал в кислородный коктейль, потому что пока Кирилла корёбило и выкручивало от выбранной мной темы разговора, мне становилось ненормально весело, улыбку сдерживать не удавалось, что усугубляло моё положение. Очень радовало, что мы в кафе не одни, только это спасало от реакции Кирилла, которую он сдерживал.
– Не думаю, что он вкусный.
Кирилл помотал головой, отвернувшись к окну, перебарывая в себе эмоции, я заметила как его кулак сжимается и разжимается, как лицо перестаёт быть напряжённым и уголки губ слегка поднимаются.
– Вестник. – Произнёс, вернув взгляд на меня. Кажется опасность миновала.
– Что оно означает?
– Вестин – «Вест», Никита – «ник».
– Как вестник плохих новостей?
– Необязательно. Когда-то Вестин зарабатывал на ринге закрытых клубов, участвуя в боях без правил, но, проиграв всего один раз, потерял в один момент всё. Тогда он нашёл способ как заработать, став своеобразным посредником по передаче информации, новостей, и да, чаще всего плохих. Но на этом Вестин не остановился, ему нужно было заработать себе определённую репутацию и тогда Вестник перестал быть посредником, став первоисточником. Он научился создавать проблему, с которой человек не мог справиться, а затем приходил к нему и предлагал её решить без неприятных последствий.
– Почему никто не попытался пресечь этот бизнес?
– Слишком поздно поняли кто такой на самом деле Вестник. У него хранится неплохая подборка компроматов на сильных мира сего.
– И на тебя?
– На меня у него нет ничего, что не знают главные в моей жизни люди. Он тебе угрожал? – Кирилл поймал момент, когда я сосредоточилась на том, что он только что мне рассказал, и я растерялась, подтвердив его догадку. Мои губы были готовы солгать, но я остановилась едва разомкнув их – врать бесполезно. – Что у него на тебя есть? – Теперь он начал давить, вцепившись в мою растерянность, подавляя одним взглядом нежелание говорить с ним об этом.
– Ничего. Он блефовал. Теперь, когда ты рассказал, чем Вестник зарабатывал, я в этом уверена.
– Тогда сменим тему.
*Кирилл*.
– Твоя очередь выбирать тему.
Я думал, что Вестин и меня чем-то опоил, но нет, мне просто нравится находиться рядом с ней, и меня успокаивает сам факт, что она под моим контролем и присмотром. Когда я оставил её в доме отца, места себе не мог найти, грыз себя, что не настоял на больнице, и что отца не предупредил о состоянии Ники, а всё потому, что она так хотела.
Может к чёрту мой план расплаты. Прямо сейчас спросить её напрямую, глаза в глаза, чтобы не оставить себе вариантов, услышать то, что она выберет правдой и жить с этим, и с ней, чувствуя это приятное спокойствие. А ведь я бы смог простить ей всю хуйню, которую она творила и предать память о брате, но есть то, что я простить и забыть не смогу – мою сдохшую мечту о ребёнке. Интересно, что она чувствует по этому поводу, хоть одну слезу проронила?
– Кирилл?
Она смотрит на меня непонимающе, но так по-родному, без отражения муки в глазах, и моя боль притупляется, но это временно, пока она рядом, стоит мне остаться наедине с собой, меня снова затопит уже привычное бешенство.
– Почему тебя всё ещё охраняет Шмель?
Ника перевела взгляд за окно, моментально найдя взглядом полосатого. Тот, облокотившись на парапет, не стесняясь сверлит нас взглядом, явно нарываясь на разговор со мной. Кое-кому жизненно необходимо уяснить, что как мужик он даже смотреть не может на Нику. Странно, что отец до сих пор ему это не объяснил.
– Он мой друг. – Робко заявила без стеснения, мило улыбнувшись думая о своих отношениях с ним.
– Не бывает дружбы между мужчиной и женщиной. Мужик либо хочет тебя, либо ты ему не друг.
– Я не интересую его как женщина.
Как? Как можно быть такой наивной? Как можно нести этот бред, когда мужик ни на минуту с тебя глаз не сводит?
– Как ты пришла к этому выводу?
– Никак, он сам мне сказал.
Очень интересно, как у них дошло до такого разговора и как далеко зашло до него. С полосатым всё понятно – он человек Царя, а значит в пределах царства ограничен в свободе воли и желаниях, поэтому осторожничает, а вот у Ники судя по всему полный карт-бланш, она с самого своего появления вытворяла такое, что не каждый бессмертный, знающий Царя, решился бы себе позволить. Шмель прекрасно понимает, чем для него чревата любая неосторожность, связанная с Никой, поэтому действует медленно и осторожно, выжидая подходящий момент. Её доверие у него уже есть, а это девяносто процентов успеха, которые самое время убавить.
– То есть ты даже не допускаешь мысли, что он подрачивает на тебя?
– Мне не нравится эта тема для разговора. – Выражение лица такое, будто я в неё какой-то гадостью кинул. В принципе правильная реакция, соответствующая сказанным ей словам.
– Мне тоже не понравилось разговаривать с тобой о Вестине, но я вытерпел.
Ника вздохнула, явно начав обдумывать свои дальнейшие слова, сообразив, что отмолчаться не получится.
