– Я помню. – Кивнула мне в очередной раз, явно обдумывая происходящее. Теперь реакция правильная. Ей страшно рядом со мной, я этого не вижу, но чувствую, ещё немного и её накроет, взгляд будто уплывает, как тогда в туалете нашего с отцом офиса, когда её сознание будто сбежало от меня.
– Останься до утра.
Как же давно я не уламывал девчонку, но сейчас ощущения покруче, потому что моя цель не секс, я хочу заполучить её жизнь, каждую секунду, каждый удар сердца, каждый вдох и выдох, каждую мысль.
– Не могу. Завтра я работаю, а послезавтра свадьба Верещагиных. Мне нужно выспаться.
– Что тебе мешает сделать это здесь?
– Ты. То, как ты сейчас смотришь на меня, как на добычу. – Похоже на претензию, будто я не оправдал её ожидание. Но это не так плохо, сам факт наличия этого самого ожидания, плохо, что её настрой скачет в непредсказуемых направлениях, выводя меня из себя, потому что мне нужен контроль, над ней и собой, иначе всё может закончиться хуёво.
– По-другому не умею. – Не сдержался, тон получился жёстким, а всё из-за её высокомерного взгляда. Прав Шмель – она реально королева ебанутых, если думает, что может управлять происходящей ситуацией. Сегодня правлю я, но она явно так не думает, продолжая твёрдо смотреть мне прямо в глаза и… будто с какой-то надеждой.
– А если постараться? – Смеет бросать мне вызов, и я чувствую, как внутри начинает шкалить напряжение. Ника не может не понимать, что так я сорвусь. Стоп! Она понимает и… испытывает меня. Идиотка, пришла в логово к голодному зверю и надеется выбраться целой и невредимой. Или не надеется? Сука! Чего она добивается? И меня резко торкнуло: вдруг Ника хочет, чтобы я сорвался, всё это время шла именно к этому? Тогда просто удушу тварь. Сконцентрировался на блеске, отвлекшем меня от мыслей, её глаза сверкают солёной влагой. Это ещё не слёзы, она, как и я, на грани, и рухнет она в нужную мне сторону.
– Только если ты мне поможешь.
От неожиданной мягкости моего голоса у неё перехватило дыхание, а затем последовал еле заметный вздох облегчения. Глупая добыча, но такая желанная.
– Как? – Спросила, но я услышал по-другому: «Говори как». Я лучше покажу, разговоров с нас хватит, каждый чуть не превращается в крах, всегда на грани. Самое время понять друг друга без слов.
– Позволь прикоснуться к тебе. Позволь себе почувствовать мои прикосновения.
– И ты станешь другим?
– Не мучай нас вопросами, на которые ответ можно получить одним единственным способом.
Я снова плавно сократил между нами расстояние, и аккуратно забрал сумку из рук Ники, отбросив в сторону, через несколько минут эти руки будут жадно обнимать меня. Сегодня секса не будет, не потому что она не хочет или боится, я хочу чтобы она сдалась мне, тогда с ней уже можно будет стать беспощадным.
Я начал с поглаживания её рук, примеряясь. Волосы собраны в высокий пучок и не будут мешать, свободное платье-рубашка так и манит скорее забраться под него, красивое глубокого синего цвета, оно нравится мне, и останется на Нике до конца, пропитается страстью.
– Скажи, ты уже влажная? – Приподнял её подбородок, оторвав взгляд от пола. Её бледность не так плоха, когда на ней проявляется румянец возбуждения. – Тогда сам проверю. – Нырнул под платье, проведя через влажное бельё по промежности, начав слегка надавливать.
Ника закатила глаза, задержав в себе выдох. Я смакую каждое её движение, каждую эмоцию, каждый отголосок тела. Вот то, зачем она на самом деле пришла. Знала, зачем я заманиваю её, но ошиблась в своих ощущениях: хотела увериться в своём «никогда», теперь сдастся моему «навсегда». Когда я усилил напор, Ника схватилась за мои плечи, крепко вцепившись в них. Нет, быстрого удовольствия не будет. Подхватил её и направился в спальню, пока она напрасно пыталась отдышаться и возможно прийти в себя, и сразу на кровать, понимая, что перестаю соображать.
– Подожди.
Оттеснила меня, когда я навалился, собираясь её поцеловать, зажмурила глаза, а когда открыла нырнула под мою футболку, начав её стягивать с каким-то непонятным остервенением. Освободив меня, отшвырнула как мерзкую тряпку в сторону, сразу занявшись ремнём на моих брюках. Явно торопится, боясь передумать. Мысли, что секса сегодня у нас быть не должно уже где-то на краю сознания и вот-вот свалятся в пропасть похоти. Я стягиваю с неё трусы, возвращая себе власть, перекатываюсь на спину, усаживая Нику на себя, чтобы в полной мере насладиться её ебанутостью, но она растерялась. Я не даю ей времени думать, Нике это противопоказано, поэтому возвращаюсь в любимое место её тела, туда где жарко и влажно, сразу ослабеваю натиск, натыкаясь на плеву. Предупреждать не стану, если она не знает о подарочке Клинского, пусть будет для неё неожиданностью.
