Что-то новенькое, так сладко Ника ещё никогда со мной не разговаривала, я даже не подозревал, что она так умеет. С чего вдруг такая перемена? Её же каждый раз приходится ломать, чтобы добиться необходимого эффекта, вытягивать из неё способность поддаваться желанию. Каждый раз, прежде чем она позволяла прикоснуться к себе, все мои слова и действия проходили через жернова её презрения и отторжения, оставляя от них крошево, которое слабо, но вытягивало из Ники отзывчивость, иногда, с натягом, взаимность. На вечере у Верещагиных фактически я внушил ей, что она должна уйти со мной, заставил поверить в это. Всегда силой, под давлением, через манипуляции. Что не так сейчас? Почему внутри грызёт подозрение, что есть подвох, что-то, с чем я не смогу справиться? Не-е-ет. Я Царёв, и привык заполучать всё, а для этого преодолевать всё, и если Ника ещё не поняла этого и играет со мной, её ждёт неприятный во всех позах сюрприз, а если нет, и всё, что она делает и говорит на сто процентов чисто, если она готова принять меня полностью отдавшись, кажется я готов принять её раскаяние по каждому из пунктов грехов прошлого Абрамовой.
– Любое твоё желание. – Продолжил, предвкушая приятное продолжение.
– Скажи ещё раз.
– Любое твоё желание. – Слышу дыхание в трубке, как губы облизнула, и сглотнула. – Почему замолчала?
– Наслаждаюсь.
Всего одно слово и у меня потемнело перед глазами. Идиотка, совсем не понимает, что с голодным мужиком так нельзя.
– Давай я сам тебя заберу.
Меня колотит. Слов мне мало, я хочу почувствовать её, заставить все её органы чувств вопить от моей ненасытности.
– Я не знаю, где мы находимся, и какой дорогой меня повезут.
– Значит, я заберу тебя от отца, сейчас же с ним поговорю.
– Подожди, не торопись, – вернулась серьёзная и рассудительная Ника, чуть погасив запал, – давай скажем вместе.
– Тебе нужно его благословение на секс со мной?
В динамике послышался вздох. Мне её очень жаль, если Ника сейчас попробует огрызнуться.
– Кирилл, подожди ещё несколько часов. Я никуда не денусь и не передумаю. Прости, но твой отец переживает за меня, не хочу, чтобы он усомнился, что это по-настоящему.
Его сомнения никогда не исчезнут, слишком хорошо меня знает. Отец успокоился бы и перестал вмешиваться лишь в одном случае, если бы Ника родила от меня, потому что прекрасно знает, что ребёнка без матери я не оставлю, что прощу всё что угодно женщине родившей и воспитывающей моего ребёнка, но нам это недоступно. Нужно кстати показать Нику врачам, вдруг остался хоть какой-то шанс, но это всё потом, после того как я утолю свой голод. Может меня вообще от неё отвернёт, когда я получу желаемое.
– Хорошо. – Пошёл на уступку, когда кровь частично вернулась в мозг. – Я приеду с ним и мы вместе поговорим.
– За мной приехала машина.
– Значит, нам тоже пора выезжать.
– Неужели настолько не терпится? – Вернула свой заманчивый тон, а у меня во рту пересохло, она даже не представляет какая во мне разрослась пустыня вдали от неё, которую ей же теперь придётся насыщать своей жизнью.
– Ника! – Рыкнул в трубку, снова услышав как она смеётся.
– Ладно, меня тоже уже торопят. До встречи.
Дождавшись когда связь прервётся, прямиком отправился к отцу в кабинет. Довела, меня – Ирбиса Царёва довела какая-то девчонка нихуя не смыслящая в сексе. Резко затормозил, споткнувшись об эту мысль. Один раз я поверил, что передо мной невинное создание, и чуть себе глаза не выдрал, показавшие мне что это не так. За этот обман я спрошу с неё отдельно, только сначала хорошенько трахну.
– Отец, – он никак не отреагировал на моё появление, продолжив говорить по телефону, лишь проследил взглядом, как я занимаю место напротив него. Странно, что он ещё здесь, я торопился, боясь не успеть его перехватить, а он будто и не собирается домой.
– Настя, я абсолютно серьёзно. До потери сознания, пульса и всего чего угодно. Я потом объясню зачем. Не прощаюсь. – Отец отложил телефон, сосредоточившись на мне, своим холодным взглядом. – Ты летишь в Китай решать проблемы по-царски. – Это значит, что там полный пиздец и кто-то поверил в себя настолько, что нужно напомнить с кем решили потягаться, а если не поймут с первого раза, решить проблему не давая второго. О таком доверии с его стороны я даже не пытался мечтать, ведь он отправляет меня демонстрировать силу нашей семьи. Чужому, тому кому не доверяет, приоритетное по значимости дело отец бы не поручил.
– Когда?
– Самолёт тебя уже ждёт. – Не заметив рвения с моей стороны, отец продолжил уже другим тоном, сухим и спокойным, удалив из него уверенность. – Если тебя больше не заботит семейное дело, я отправлю Грачёва, в последнее время он хорошо проявляет себя в подобных вопросах, на меня в молодости похож, такой же несомневающийся.
Тихо, Ирбис, тихо, ты должен снести этот удар. Никуда Грачёв не поедет, и как бы отец не изгалялся, никто моё место при нём не займёт. Даже если отец не доверие проявил, а просто проверяет меня, значит он должен охуеть от результатов, которых я добьюсь.
