Но если поступки водителя «хамелеона» были понятны, то Басов и Ангелина действовали крайне нелогично. Предположим, они похоронили женщину и ребенка, но почему вышли из леса порознь? Свидетель видел – они встретились на дороге.
И еще один вопрос: в какой машине везли раненого Большакова?
«Как глупо я его упустила», – подумала Анна, однако тут же оправдала себя: тогда, в доме Горских, она не имела права его задерживать.
Версия, выстроенная на косвенных уликах, догадках и непроверенных фактах, легко могла рухнуть. Теперь все зависело от того, что скажет проводница.
Увидев через лобовое стекло здание вокзала, Стерхова крикнула:
– Остановите ближе!
Водитель затормозил, она выскочила из машины и побежала на перрон, где лязгали, закрываясь, двери, а проводницы уже заходили в вагоны.
– Стойте! – крикнула Анна и запрыгнула в тамбур ближайшего к ней.
– Вы что себе позволяете? – вскрикнула проводница. – Где ваш билет?
Стерхова предъявила удостоверение и, восстанавливая дыхание, согнулась вдвое.
Поезд тронулся, и вскоре в вагон явился бригадир.
Анна обрисовала ситуацию и описала внешность проводницы, с которой ехала в Энск:
– Лет пятьдесят, среднего роста, веснушчатое лицо.
– Похожа на Самойлову, – сказал бригадир. – Идемте со мной.
Преодолев шесть вагонов и шесть гремящих «гармошек», они остановились в седьмом.
Бригадир сдвинул дверь и заглянул в купе проводников:
– Где Зинаида?
Заспанная женщина махнула ему рукой с нижней полки:
– На кухне.
Там ее и нашли.
– Она? – спросил бригадир.
Вглядевшись в лицо проводницы, Стерхова кивнула:
– Она.
– А что случилось? – Переводя встревоженный взгляд с одного на другого, та побледнела.
– Товарищ из органов. Расскажи, о чем спросит, – сказал бригадир и вышел из кухни.
– Чего? – Самойлова проводила его обескураженным взглядом.
– Помните меня? – спросила Анна.
– Припоминаю.
– Две недели назад я ехала в Энск в четвертом купе.
– Ах да! Точно! С вами была дамочка. Чернявая такая.
Стерхова улыбнулась и шумно выдохнула:
– Хорошо, что вы вспомнили. А теперь, пожалуйста, напрягитесь. Я спрошу, а вы расскажите.
– Да уж не промолчу.
– Вечером, когда вы пришли в купе за чашками, то спросили у этой чернявенькой: «Здесь вам получше?»
– Ну…
– Помните?
– Такое не забывается.
– В каком это смысле? – осведомилась Анна.
– У той дамочки было оплачено пятое купе, чтобы, значит, ехать одной. Но когда разместилась, она попросила показать ей список пассажиров.
– Чем мотивировала?
– Чего?
– Какую, говорю, причину назвала?
– Сказала, что в моем вагоне едет ее подруга. И, значит, попросила меня перевести ее к вам. А мне-то что? Освободила ей место, вашу соседку переселила в пятое купе, и та всю дорогу ехала одна. Уж как меня благодарила!
– Значит, я оказалась подругой чернявой дамочки?
– А что? Зря подселила?
– Скорее наоборот. Спасибо, что подселили, и спасибо, что вспомнили. – Стерхова посмотрела на часы: – Когда будет следующая остановка?
– Через три часа в Крекшино.
– Ждать три часа?! – с отчаянием воскликнула она.
Но Самойлова проявила сочувствие к ее служебному рвению и предоставила отдельное купе. Следующие три часа Анна сидела на диване и, облокотившись на стол, глядела в окно. От мысли, что до самого Крекшина, а потом обратно до Энска не нужно никуда торопиться, делалось хорошо.
Наконец стало ясно, что Горская знала о приезде Анны и позаботилась о знакомстве с ней. Версия подтвердилась. Стерхова была на верном пути.
По возвращении в Энск Анна поехала на работу, где с утра у нее осталось несколько незаконченных дел. На своем столе она обнаружила выписку из регистрационного реестра ГИБДД – список автомобилей «Гранд Чероки» белого цвета.
Поверх нее лежала записка:
Стерхова взяла карандаш и прошлась по списку. Заточенный грифель замер на пятой записи – владельцем автомобиля значился Хаустов Николай Порфирьевич.
– Вот как… – проронила Анна.
В совпадения она не верила с начала службы в следственном управлении. Таким образом, ход ее мыслей откорректировал рабочую версию: парнем в белом джипе был Хаустов, а не Басов. Его обнимала Геля, с ним хоронила дочь и жену Савельева и с ним встретилась на дороге, потому что вышла из леса раньше, далеко от оставленной машины.
«Значит, Артем Басов управлял автомобилем „Ниссан Патрол“ цвета хамелеон», – сделала вывод Анна.
Но вдруг в тишине безлюдного здания она расслышала шаги, которые медленно приближались к ее двери. Стерхова подняла глаза и не отводила их от двери, пока та не открылась и не появился Хаустов-старший.
– Здравствуйте, Анна Сергеевна. Вы позволите?
– Проходите.
Хаустов сел и с любезной улыбкой продолжил:
– Мы не знакомы, но я уверен, что вы знаете, кто я такой.
– Мне сказали, – коротко обронила Анна.
– Вот и хорошо, вот и славно.
– Цель вашего прихода?
– Да вы и сами, наверное, догадываетесь…
– Или говорите, зачем пришли, или уходите и не мешайте работать. Кстати, откуда вы узнали, что я нахожусь здесь?
– От друзей.
