– Это Басов! – вскрикнула Анна. – Но почему не разбудили сразу?
– Хотел, но пожалел. Очень уж ты сладко спала. – Савельев улыбнулся и протянул руку. В его ладони лежали две пули. – Просеяли песок и вот что еще нашли.
– Девятый калибр!
– Так точно!
Выбравшись из салона, Стерхова зашагала к песчаному пятаку, где еще работали криминалисты. Откинув брезент, она оглядела сложенные фрагменты скелета, сгнившую одежду и череп с клоками темных волос.
К ней подошел Савельев.
– Довольна?
– Сколько сейчас времени?
– Восемнадцать сорок пять. Устали как черти… Зачем тебе время?
– Хочу разыскать Демина. Он человек рисковый, может сбежать.
– Ты, Стерхова, не дури! Завтра утром возьмем его тепленького, в кабинете.
– Как скажете, – согласилась Анна.
Но, когда они возвратились в Урутин, она попросила высадить ее у здания отдела, сославшись на то, что забыла зонт.
– Завтра дождь пообещали, – сказала Анна и на всякий случай поинтересовалась: – А вы сейчас куда?
– Сразу в Заварзино. Ночь посижу с отцом, а утром – обратно в Урутин.
– Тогда до завтра.
Когда Савельев отъехал, она подняла голову и посмотрела на окна кабинета Демина – там горел свет.
Через три минуты она стояла у его кабинета.
Он громко крикнул:
– Кто там?!
Стерхова распахнула дверь и переступила порог.
– Это я.
– Что так поздно? – осведомился Валерий Иванович. – Не отдыхается?
– Большаков дал против вас показания, – проговорила она.
– Я уже знаю.
– И еще мы нашли захоронение Басова.
– Здесь ты врешь…
Стерхова подошла и села рядом.
– Почему вы так решили?
– Большаков не знал, где держали Басова. Он там не был.
– Но вы-то были. На ракетной точке.
– Как узнала?
– Вы сами рассматривали это место на карте.
– Кто тебе позволил рыться в моем компьютере? – думая о чем-то другом, безучастно спросил Демин.
– А я никого не спрашивала.
– Вот-вот… Принесло тебя сюда, такую инициативную. Если бы не ты, жили бы и жили.
– Всякое преступление должно быть наказано. Неотвратимость наказания – слышали о таком?
– М-м-м-м… – Демин закрыл глаза и сморщил лицо в мучительной гримасе.
– Как же так, Валерий Иванович? – спросила Стерхова.
– А ты бы побывала там, на дороге! Видела бы эту мясорубку! Женщина – мертвая, Басов при смерти, Лопата ранен… Да тут кто угодно сойдет с ума. Одно желание – скорей замести следы.
– А как же с Басовым? Он умирал, мучился, а вы ему в это время палец рубили.
– Это не ко мне! – Демин протестующе вскинул руки. – А к Ангелине и Хаустову. Я закапывал труп и ездил за выкупом.
– Как забирали выкуп?
– На катере Хаустовых, он возле дома у пирса стоял. Подъехал к лодке, зацепил багром и забрал сумку.
– За вещдоками в хранилище кого посылали? – Анна видела, что Демин нервничает и пока не решил, о чем говорить, а о чем молчать. Но он все же ответил:
– Сам ходил.
– Сбежали из госпиталя?
– Как говорится, обстоятельства вынуждали.
– Разрешение на изъятие для вас оформила секретарша?
– Она здесь ни при чем! Ее не приматывай! – прикрикнул Демин.
– Но-но… Потише.
– Вечером приехал в приемную и выдрал из дела. Слава богу, знаю, где нужно искать.
– Что было нужно?
– Телефон.
– Откуда знали, что он в хранилище? В описи его не было.
– Я и раньше догадывался… А тут, знаешь, сон приснился: лезу за девчонкой в машину, а из моего кармана – бум!
– Телефон? – уточнила Анна.
– Потом все подтвердилось. Домрацкий мне рассказал.
– Куда дели девочку? Зачем увезли на кладбище? – Вопрос Стерховой, хоть и был предсказуем, застал Демина врасплох.
Валерий Иванович покачал головой и раздельно, словно рубил сплеча, процедил:
– Этого не скажу. Хоть режь.
– Надо будет, зарежу, – на полном серьезе сказала Анна. – Кто в вас стрелял, тоже не скажете?
– Да что уж! – Демин махнул рукой. – Раз все выплыло наружу, скрывать бесполезно.
– Так кто?
– Папаша твоего покойничка.
– Не поняла… – Стерхова растерялась.
– Отец Савельева.
– Что?! – вскрикнула Анна. – Что вы несете?! Он – старик, практически при смерти.
– Старик явился ко мне домой и по всей форме призвал к ответу за смерть своего сына.
– Как он узнал?
– Даже не представляю. Когда услышал, сам охренел.
– Я вам не верю.
– А мне наплевать.
– Тогда почему не заявили в полицию?
– Чтобы подписать себе приговор? – Валерий Иванович усмехнулся. – Ты ври, да не завирайся. Не разыгрывай из себя дурочку. Сама все понимаешь. Вот видишь, добралась до меня. Теперь попробуй поймать Хаустова. Только что мне звонил…
– Кто?
– Женька Хаустов. Дрищет со страха. Чувствует, что пришел конец. Не сегодня-завтра сбежит.
– Что вы ему сказали?! – вскрикнула Анна.
– Все, что знал.
– И про Большакова?
– Про него тоже.
Стерхова вскочила на ноги и побежала к двери, однако остановилась и решительно обернулась:
– Звоните Хаустову!
– Зачем? – нехотя осведомился Демин.
– Задержите его! Как хотите, но задержите! – крикнула Анна.
– Мне это незачем…
– Звоните, и я оформлю вам явку с повинной! – решительно пообещала она.
– Слово даешь?
– Клянусь!
Валерий Иванович надел очки и достал из кармана телефон. Вглядевшись в экран, он ткнул в него пальцем и приложил трубку к уху.
