– Демин сел за руль, а я вижу – руки у него трясутся. Стал выруливать, чтобы столкнуть машину, и задел ее задним крылом. Девятка рухнула в воду. Ну а мы сразу уехали. Демин всю дорогу оправдывался…
– За что?
– Рассказывал, что подошел к автомобилю и увидел, как оттуда на него смотрит девочка. Машина вот-вот упадет, ну, говорит, и не выдержал.
– Вы уехали. Знаете, что стало с девочкой?
– Нет. И никогда не спрашивал. Меньше знаешь – крепче спишь.
– Куда вы с Деминым поехали?
– Сначала на энское кладбище.
– Зачем? – удивилась Анна.
– Демин увел девочку.
– Поточнее…
– Увел ее на кладбище и вернулся один. После этого мы вернулись в Урутин, и Демин высадил меня возле дома. Я поднялся в квартиру и три дня просидел в своей комнате. Когда поднялась температура, понял, что отдаю концы, я сдался родителям. Отец увез меня в госпиталь, сказал, что я выстрелил в себя из его пистолета.
– В вашей истории болезни записано, что вы поступили по «Скорой помощи».
– Папа договорился.
– Не верю! Он знает, что стало с девочкой! – выкрикнул полковник Савельев.
– Знаете? – строго спросила Стерхова.
– Догадываюсь. – Большаков виновато повесил голову.
– Что?! – Савельев кинулся к нему, но, взглянув на Анну, остановился.
– Предполагаю, что Демин отдал девчонку своей сестре. Он ей позвонил, когда мы отъехали от кладбища. Но это только предположение.
Стерхова сделала предупредительный жест, призывающий шефа хранить самообладание, и задала Большакову следующий вопрос:
– Демин мог убить эту девочку?
– Если бы мог, оставил бы в машине с Савельевым.
– Теперь расскажите про Хаустова и Горскую.
– Они заехали в лес, уволокли труп подальше. Хаустов стал рыть могилу, а Геля побежала к Басову, но сбилась с пути и не нашла машину. Когда вышла на дорогу, возле нее остановилась машина. Хорошо, что Хаустов ее подобрал.
– Горская не сказала, что в машине ехал ее сосед?
– Тогда – нет.
– А когда сказала? – вмешался Савельев.
– С месяц назад, когда отрыли кости женщины.
– Знаете, кто утопил Алапаева? – спросила Анна.
Большаков едва заметно кивнул:
– Но я не принимал в этом участия. Клянусь! Только довез Хаустова до места, где тот рыбачил.
– Информацию от кого получали?
– Сами не догадываетесь? Демин все передавал Ангелине, с Хаустовым он предпочитал не связываться.
– Что стало с Басовым?
– Геля и Хаустов сказали, что он не доехал до больницы и умер.
– И вы поверили в это?
– Конечно, нет. Лет через десять Демин по пьяни проболтался, что не повезли они Артема ни в какую больницу, а оставили в заброшенном доме в десяти километрах к северу от Энска. Там он прожил около двух суток. Чтобы не кричал от боли, Геля колола ему наркотики.
– Знаете, что за Басова просили выкуп?
– Конечно. Но об этом я узнал позднее и сразу все понял. Мне они тогда ничего не сказали. Наверное, не хотели делиться.
– Любопытно бы знать, кто скинул меня с моста? – ухмыльнувшись, спросила Стерхова.
Савельев встрепенулся и удивленно развел руками.
– Что?!
Большаков порывисто вскочил и умоляюще сложил перед собой руки, закованные в наручники.
– Только не обижайтесь!
Стерхова крикнула:
– Сядьте!
– Мне приказала Ангелина.
– Убить меня?
– Только припугнуть. Той ночью я поехал за вами с Хаустовым с потушенными фарами. Мы договорились, что он остановится в лесу и выйдет по нужде.
– А тут я сама вышла из машины. – Пожав плечами, Анна посмотрела на шефа. – Глупо, конечно.
– В общем, я сымпровизировал, – с явным облегчением выдохнул Большаков.
– А если бы я не выплыла из реки? Полезли бы спасать?
– Честно? – Он покачал головой. – Не знаю.
Полковник Савельев обошел вокруг Большакова, и было видно, что у него чешутся кулаки.
– Сбежал зачем? Ведь знал, что поймаем.
– А мне только ходу, что из ворот – да в воду… – пробормотал Большаков.
– Не улавливаю…
– Вам сдаться – Демин в камере оприходует, остаться у Горской – Хаустов голову оторвет. Вот и сбежал.
– Да-а-а… Хороши друзья.
– Какие там друзья! – махнул рукой Большаков. – Все эти годы мы люто ненавидели друг друга, но делали вид, что дружим, чтобы, значит, никто первым не раскололся.
– Как думаете, кто убил Горскую? – спросила Стерхова.
– Да что тут думать! Хаустов!
– Почему?
– Веревочку обрубил, которая от нее к нему вилась. Демин все ему рассказал. Я сам слышал, как Горская Демина по телефону отчитывала.
Стерхова вписала в протокол еще несколько строк и, закончив, посмотрела на шефа:
– Юрий Алексеевич, у вас есть вопросы?
– Нет.
– Тогда на сегодня закончим. Продолжим завтра.
Но Большаков заорал:
– До завтра я не доживу! Везите меня обратно в Москву!
Савельев с силой придавил его плечо и, наклонившись, глянул в глаза:
– Доживешь. Я тебя, голубчика, до суда хоть как дотяну.
Войдя в приемную, Стерхова спросила у секретарши:
– Демин у себя?
Кристина мгновенно разулыбалась и в знак особой расположенности встала из-за стола:
– Только что вышел. Что-то хотели? Может быть, я смогу вам помочь?
– Результаты по экспертизе ДНК пришли?
– Те, что из Москвы? Еще вчера. – Кристина с готовностью направилась к двери кабинета. – Я подала их на подпись Демину. Идемте, покажу!
