В сердце Бостона полностью

Глаза начинает щипать. Я шмыгаю носом и на автопилоте волокусь за Джейсоном, который спешит трахнуть меня в своем номере. Вих с Бостономномере. Возможно, Бостон даже уснет через стену. Возможно, мне сто́ит позволить Джейсону это сделать. Возможно, мне придется стонать громче, чтобы Бостон узнал, на что я способна. Наверное, в его глазах я до сих пор неопытная маленькая девочка в хэллоуинской маске-голограмме Лорда Волдеморта, которую не следует целовать.

Прихожу в себя, когда Джейсон проводит меня через лобби отеля и пропускает в лифт. Железные створки сдвигаются, и Джейсон резко вжимает меня в стену, овладевая моими губами. Он напористо проталкивает язык мне в рот, и я впечатываюсь спиной в холодное зеркало.

– Эй, – надрывно дышу, выставляя руку вперед, и отталкиваю его. – Сбавь обороты, ковбой. Здесь же камеры.

– Да к черту… – он снова набрасывается на меня, но я уворачиваюсь.

– Я не собираюсь светить сиськами для всей службы безопасности Bellagio.

– Да им плевать. Думаешь, мы первая изголодавшаяся парочка, которой приспичило потрахаться в лифте? – он сжимает ладонями мои бедра и подталкивает меня к себе, чтобы его твердый ствол уперся мне между ног.

Иисусе, что я делаю? Нужно бежать. На каком этаже мой люкс? Не помню… После таблеток голова как в тумане.

И раньше, чем успеваю опомниться, лифт останавливается, Джейсон за руку вытаскивает меня из кабины и, немедля, проталкивает в другую, которая доставит нас прямиков к пентхаусу.

– Погоди! Стой! – отступаю и забиваюсь в дальний угол. – Мне нужно заскочить в свой номер.

– Брось, детка. Я не вытерплю без тебя ни секунды. Я уже весь горю.

В доказательство Джейсон придавливает меня горячим торсом и пытается завладеть моими губами снова.

– Ну же, поцелуй меня, Кенди, – его руки задирают подол платья, а пах все сильнее трется об мою промежность. – Дай сюда свои сладкие губки.

Отчетливо чувствую эрекцию, упирающуюся мне в живот, и к горлу подкатывает рвотный ком.

Я не хочу этого. Я ошиблась.

Джейсон льнет ко мне всем телом, его жаркое дыхание опаляет шею. Мой пульс зашкаливает. Сердце рикошетит в груди. Я не знаю, что делать дальше. Вся самоуверенность куда-то улетучилась.

Как Бостон мог оставить меня? Я не хотела, чтобы так вышло. Я хотела только подразнить его, заставить наконец сорваться. Дать тот самый пинок под зад, о котором говорил папа. Но все зашло слишком далеко. Я облажалась.

Джейсон заволакивает меня в пентхаус, не останавливаясь тащит в спальню. В моих глазах проступают слезы.

Господи. Мне страшно.

Джейсон выхватывает клатч из моих слабых рук и бросает его на кресло.

– Черт, не представляешь, как ты заводишь меня, – он расстегивает манжеты и шлицы¹¹рубашки, пожирая меня взглядом.

Джейсон подступает ближе, каждым шагом подталкивая меня к стене. Его серые глаза затягиваются дымкой, становятся безумными, и меня это пугает. Я пячусь назад.

– Давай выпьем, – нервно улыбаюсь и предлагаю первое, что приходит в голову, лишь бы оттянуть момент.

Отвлеку его и сбегу, а завтра он обо мне даже не вспомнит. Возможно, солжет Бостону, что трахнул меня. Плевать.

– Я уже достаточно пьян, – уголки его губ вздрагивают в похотливой улыбке. – Тобой, Кенди…

Не замечаю, как врезаюсь спиной в стену, и понимаю, что пути отступления нет. Джейсон упирается рукой выше моей головы, а вторую кладет мне на талию и резко дергает меня на себя.

– Фак, детка, ты такая сексуальная, – он упирается носом мне в шею и делает глубокий вдох. – Жалею, что забыл, где тебя видел, – нос скользит к уху, а за ним тянется влажная дорожка от языка Джейсона. Я отворачиваю голову и зажмуриваюсь. Мне противно. – Но ничего страшного, – обхватывает мочку губами. – Сейчас мы познакомимся поближе, – рука Джейсона соскакивает с моей талии на задницу и сжимает ее прежде, чем закинуть ногу ему на бедро.

– Мне нужно в уборную! – вскрикиваю и выныриваю из-под Джейсона. Будь он крупнее и выше, у меня бы не получилось вырваться так легко.

– Черт, Кенди… – стонет он.

– На минутку. Женские штучки, все дела, – усмехаюсь и, долго не думая, забегаю в ванную комнату в его же спальне.

– Идиотка, – шепотом ругаю себя, защелкивая дверной замо́к. – Дура.

Руки дрожат. Я едва справляюсь с замко́м и откидываюсь к прохладной стене.

– Дура! Дура! – шиплю, ударяясь затылком о стену, и крепко зажмуриваюсь.

Мое дыхание сбито. Сердце бьется в сумасшедшем темпе. Я влипла и не знаю, как теперь выбраться из этого гребаного пентхауса.

– Так, нужно успокоиться, – делаю глубокий вдох и открываю глаза.

Подхожу к зеркалу, включаю холодную воду и подставляю под кран руки. Они по-прежнему трясутся. Как и ноги. Как и я вся. Бросаю взгляд на свое отражение. Я измотана. Все веселье выветрилось, а от игры, которая должна была быть просто забавной, не осталось и следа. Кому теперь забавно? Точно не мне. Больше мне не хочется смеяться Бостону в лицо.

Смотрю на свой микродермал в виде черного бриллианта, подаренного Бостоном, и тяжело вздыхаю.