В сердце Бостона полностью

Кендалл занимает все мысли, и сердце обливается кровью каждый раз, когда ее вызов остается неотвеченным. Уже третий день. Я самый настоящий трус и мудак. Скайлар была права. Но я не выдержу, если услышу голос Кендалл. Я не готов. Я сорвусь на первом «привет», похищу ее, сбегу на другой конец света, наплевав на мораль и совесть.

Мне нельзя слышать ее. А тем более – видеть. Я близок к ошибке, за которую потом сам же себя и сожру.

Но сегодня суббота. Хэллоуин. День возвращения Кендалл домой.Ко мне. Она хотела и обещала вернуться ко мне. И это был бы самый счастливый день в нашей жизни. Мы бы закрылись в нашем месте в порту, как и три года назад, придались бы воспоминаниям, воплотили бы в реальность все наши давние желания, которых боялись тогда. Я даже нашел те старые маски-голограммы с изображением Грейнджер и Волдеморта.

Но вместо ностальгии нас сегодня ждет кое-что страшнее традиционных фильмов ужасов ко Дню всех святых.

Лучше бы мое тело раскромсал бензопилой Кожаное лицо¹³, вынул мозг Ганнибал Лектер¹⁴, сожрал сердце Джеффри Дамер¹⁵, чем то, что я сам сотворю снамисегодня вечером.

Глава 18. Добро пожаловать домой

Настоящее время

Кендалл

После последнего общения с Бостоном по видеосвязи, носящего порнографический характер (и мне это безумно понравилось), он так и не перезвонил. Даже перестал отвечать на звонки, сославшись на занятость в работе. Но я не дура. У меня хорошо развиты интуиция и шестое чувство, которое подсказывает, что тут не обошлось без сучки Скайлар.

Конечно, Бостон должен самостоятельно разобраться в их отношениях, но если эта похитительница чужих мужчин использует запрещенные приемы, я вмешаюсь, и тогда ей мало не покажется. Я не намерена больше отступать. Бостон всегда был моим, с самого начала. И теперь мы будем счастливы. Мы и так слишком долго этого ждали.

Два дня до вылета прибываю в диком стрессе. Уверенность в себе постепенно угасает, и я пишу сообщение Бостону – уточняю, ждет ли он меня. Бостон отвечает быстро и положительно. Я с облегчением выдыхаю. Нужно прекратить накручивать себя. Это все разлука с ним. Я ужасно соскучилась. Увижу Бостона, и меня сразу отпустят всякие сомнения.

***

Пакую чемодан с вечера. Основные вещи я уже отправила в Бостон, оставила с собой только самое необходимое, поэтому полечу налегке. Но с камнем на сердце, который все-таки повис на колючей петле внутри груди за эти два дня. Хочу скорее оборвать этот груз и уже готова бежать в аэропорт, но рейс только утром.

Чтобы хоть как-то отвлечься, соглашаюсь на предложение Юко – моей подруги и коллеги из Японии – опрокинуть напоследок бутылочку Ламбруско в нашем любимом баре LaGare Hotel. Вид оттуда просто невероятный. Завораживающий. Будто держишь все небоскребы квартала Porta Nuova на ладони. И дышится так легко, свободно, будто находишься на вершине мира, а остальное – не волнует совсем.

Одной бутылкой игристого мы, конечно же, не ограничиваемся. Девочки решили устроить мне и Юко прощальную вечеринку по случаю возвращения в США. Шона и Ева комфортнее себя чувствуют здесь, в Милане, а вот Юко не задерживается надолго в одном месте. Она согласилась полететь со мной в Америку и очень скоро получила согласование новых условий контракта с агентством дома Gucci, как и я. Наверное, они не возражали, потому что мы с Юко часто работали вместе. Наш дуэт всегда и везде смотрелся гармонично и выигрышно, будь то кадр или подиум.

– Мы прилетим к вам в гости к следующей неделе моды в Нью-Йорке, – заявляет уже довольно пьяненькая Ева. Ее пепельно-белые локоны уже растрепаны, а бретелька облегающего платья свалилась с одного плеча.

– Так это… еще… год ждать… – подсчитывает на пальцах Шона и надувает губки. – Давай слетаем зимой. Я люблю Америку! Нью-Йорк, Вегас, Лос-Анджелес, Сан-Диего…

– А вот Кендалл без ума от Бостона, – хихикает Юко. Я вспыхиваю.Разве она что-то знает?

– О чем это ты? – неловко хмурюсь.

– Говорю, что из всех городов Америки тебе по душе почему-то Бостон. Там слишком холодно, как по мне.

– А-а… – хихикаю и выдыхаю. Опять накручиваю себя. Делаю глоток Ламбруско и чувствую, как приятно кружится голова от шипучих пузырьков. – Просто это мой родной город. Я там выросла, там моя семья, близкие люди…

– Вернешься домой? – интересуется Шона. – Не будешь жить в Нью-Йорке с Юко?

– Вернусь в Бостон. Я безумно скучаю… – произношу мечтательно и сама не замечаю, как широкая улыбка растягивает мои щеки.

– О-о-у… – одновременно завывают девочки.

– Знаем мы эту улыбку, – усмехается Ева. – Неужели наша маленькая девственница нашла исключительный член, который наконец не прочь затолкать себе между ног?

– Ева! – ляпаю ее ладошкой по плечу. Она заливается смехом вместе с Шоной и Юко. Предательницы.

– Вообще-то, Чейз тоже перебирается в Нью-Йорк, – Ева неоднозначно играет бровями.

– И что с того? Мне до него какое дело?