— Успокойтесь. Безумный друг проник в храм под контролем и с согласия менторов центра. Что касается флюидов отравляющего порядка, то нам их бояться незачем. Они инстинктивно отступают перед духовным светом, который бьёт и расщепляет их. Поэтому каждый медиум обладает своим собственным окружением, и каждое собрание характеризуется особым охранным магнитным потоком. Инфекционные тучи Земли ежедневно разрушаются солнечными излучениями, а тревожные флюидические образования аннигилируются или выметаются с Планеты высшими энергиями Духа. Световые лучи мысли, направленной ко благу, атакуют создания зла, на манер электрических разрядов. И если понимать, что тот, кто больше может, больше и помогает, то наша сестра Селина является идеальной подругой для помощи в этот момент.
Указывая на неё, он сказал:
— Давайте понаблюдаем!
Медиум отделилась от своего физического тела, словно погрузившись в глубокий сон, и взяла с собой сияющую ауру, окружавшую её голову.
Клементино не пришлось помогать ей. Он, казалось, привык к подобного рода задачам. Но даже в этом случае, руководитель группы услужливо придерживал её.
Благородная женщина взглянула на отчаявшегося посетителя с явной симпатией и открыла ему свои объятия, помогая ему перейти в своё инертное физическое тело.
Словно притянутый мощным магнитом, страдалец бросился в физический организм медиума, инстинктивно приклеившись к нему.
Поддерживаемый охранником, который привёл его сюда, он почувствовал себя в затруднении, и я подумал, что он слишком интенсивно приклеился к медиумическому мозгу.
Если Евгения проявила себя добродетельной медсестрой, то Селина на наших глазах вставала матерью-альтруисткой, по причине своей чувственной привязанности к несчастному гостю.
Из неё исходили сияющие нити, полностью укутывавшие нашего посетителя, который, будучи хозяином себя самого, всё же оставался под соответственным контролем.
Он походил нарыбу, бьющуюся в узких границах реципиента и напрасно пытающуюся разбить их.
Из его тела вылетали копья мрака, сливавшиеся со светом, которым Селина-душа преданно окружала его.
Он пытался вопить и ругаться, но напрасно.
Внешне медиум была пассивным элементом. Но в глубине своего существа она выказывала положительные моральные качества, представлявшие её неотъемлемую победу, препятствуя этому брату проявляться в каком-либо непотребном виде.
— Я — Хосе Мария… — с огромным раздражением объявил посетитель, добавив и другие имена в очевидном стремлении придать себе и своему происхождению больше значимости.
Он высказывал претензии, выносил приговоры и отчаянно возмущался. Однако я заметил, что он больше не использовал тех слов и выражений, которые выливал недавно на нас. Он был словно скован, побеждён, хоть и продолжал казаться грубым и неуживчивым.
Он казался так органично, свободно, естественно вписавшимся в физический организм медиума, что я уже не мог сдерживать вопросы, которые мучили мои мысли.
Имел ли говорящий медиумизм у Селины другой характер? Она с Евгенией были отделены от своих плотских одеяний во время работы… Почему же первая была сильно озабочена, словно встревоженная медсестра, в то время как вторая казалась преданным опекуном безумного брата, следя за ним с материнской заботой? Почему у одной — тревожное ожидание, а у второй — спокойное доверие?
Осознавая наше ученическое состояние, Аулюс принялся просвещать нас, пока Клементино и Рауль Сильва поддерживали общающегося брата в молитвах и обновительных словах ободрения блага.