— Это потеря равновесия души, которая отражается в теле, — с чувством ответил инструктор.
И, коснувшись лба грустного молодого человека, он продолжал:
— До теперешнего погружения в плоть наш друг, в течение восстановления, блуждал долгие годы в грустной области мрака.
Он там был жертвой жестоких гипнотизёров, с которыми он находился в самом тесном резонансе по причине порочной преступности, которой он посвятил себя в миру. Он сильно страдал и вернулся на Землю, привнося определённые дефекты в периспритном организме. Он является истериком в самом прямом смысле этого слова. Принятый героизмом материнского сердца и отцом, к которому он был привязан в безумии, испытав в этот день горькие испытания, он ищет своё собственное восстановление. В возрасте семи лет своего нового земного опыта, когда его перевоплощение уже утвердилось, он почувствовал себя охваченным дисгармонией, которую он сам привёл из духовного мира, и отныне он борется в трудном обновительном процессе, который навязан ему. Прикованный к своей болезни, он считает, что родился с врождённым расстройством. Он считает себя неспособным на малейшее благородное служение. Он чувствует себя побеждённым в любой борьбе. Одиночество так ему нравится, что он подпитывается болезненными мыслями, которые проецируются в его разум его старыми компаньонами по пороку. Наконец, его нервная система находится в жалком патологическом состоянии, у него бывают продолжительные приступы, характеризующиеся странными нарушениями разума и внезапными судорогами суставов, которые временно делают его бесполезным для достойной работы.
Заключительные молитвы заставили нас умолкнуть.
Как только закончилось собрание, Аулюс предложил сопровождать больного парня домой, что Клементино с удовлетворением одобрил.
Молодой человек казался дремлющим, инертным…
После получасового путешествия, в течение которого мы старались помогать ему преодолевать все неожиданности общественного пути, мы достигли небольшого и простенького домика в загородной зоне.
На настойчивый призыв парня ему открыла дверь симпатичная пожилая дама.
— Америко, сын мой, слава Богу, ты вернулся…
Материнская нежность вибрировала со всей своей очевидностью в ясном и утешающем голосе. Мать немедленно отвела его в дом, где какой-то пьяный мужчина изрыгал проклятия.
Глядя на него, она в тревоге сказала:
— К несчастью, Марцио снова напился…
И видя апатию своего сына, добавила:
— Но сначала займёмся тобой.
Молодой человек не сопротивлялся. Он подчинился материнской нежности и улёгся в постель в скромной комнатке, расположенной в глубине дома.
Америко сразу же заснул, появившись рядом с нами в своём естественном раздвоении. Но он абсолютно не замечал нашего присутствия. Он лишь отдавал себе отчёт в своём расстройстве.
Напуганный, он направился в тесную комнату, которая находилась рядом с ним, и, плача, склонился над старым паралитиком:
— Папа, я одинок! Я совершенно одинок!.. Кто поможет мне? Мне страшно! Страшно!..
Проснувшийся спокойный больной ощущал его присутствие в какой-то мере, потому что на его лице появилось болезненное выражение, словно он слышал его жалобы.
Аулюс посоветовал мне обследовать задумчивый лоб увечного, привязанного к своей постели, и я, пытаясь войти с больным в резонанс,
— О, Господи, я чувствую себя окружённым тревожными Духами… Кто окажется рядом со мной? Дай мне силы, чтобы понять Твою волю и уважать Твои намерения… Не покидай меня! Как тяжелы старость, болезнь и бедность, когда мы приближаемся к смерти!..
И, под влиянием парня, чьи мысли он усваивал, не отдавая себе в этом отчёта, он также склонил голову и разрыдался.
Многозначительно глядя на него, наш ориентер объяснил:
— Перед нами отец и сын. Джулио, отца Америко, много лет назад разбил паралич ног. И так он живёт, прикованный к постели, где он всё ещё старается делать несложную работу, чтобы хоть как-то прожить. Брошенный на испытания и в одиночество, он начал читать и размышлять более уверенно. Он познал истину перевоплощения, нашёл утешение в надежду в учении Спиритизма, и с этим он смог в смирении и в силе идти вперёд в своих трудных днях жизни…
Чувствуя, как мы жаждем более широкой информации, инструктор после короткой паузы продолжил:
— Поддерживаемый героической преданностью своей супруги, он произвёл на свет пятерых детей, из которых молодая девушка, бывшая в другой земной жизни благословенной сестрой, и остальные, включая Америко, были четыре мальчика, с которыми было трудно жить. Марцио, которого мы уже знаем, завсегдатай пьянства, Гильерм и Беницио прожигают свою в ночных оргиях, Лаура, преданная подруга отца, и наш Америко, старший из сыновей, которому ещё далеко до полного исцеления…
— Наблюдая за хозяином дома в подобном положении, — вмешался Хиларио, — мы приходим к мысли о трудностях, имеющих место здесь…