Работа успокаивала политика и придавала нужный старику смысл занимаемой им высокой должности. Как Верховному Правителю Эриду практически нечего было делать. Точнее, влияние у него имелось, и забот хватало по горло, но их определял не он, а рой его помощников, в большей мере из военного руководства страны и Сеннаарского братства. Так что, в полной мере Правителем в условиях чрезвычайного военного положения Эрид считать себя не мог. Быть может, он полностью канонизирует свою власть в будущем и будет соуправлять новообразованным государством наряду с Правителем Александрой и четырьмя уже улетевшими в предыдущих эвакуациях Канцлерами. До тех пор Эрид, как и остальные пять его высочайших коллег, отыгрывал роль некого символа единства, былой стабильности и только наглядно отличался от отправленной им в немилость (под диван) накидки. Как и золотой палантин, действующая политическая верхушка страны являла собой лишь красивый, начищенно-яркий, но незаметно протухший атрибут, чья надобность в подобном виде, по мнению старика, была под сомнением.
Относиться к сложившемуся Эрид мог как с вопиющим негодованием, так и с присущим ему приобретённым в кулуарах власти сарказмом. Политик выбрал второе и талантливо, безропотно, со вкусом и улыбкой выдерживал отведенные ему постановки мудрого шута и мягкого успокоительного для всенародных нервов. Любивший ранее живость, открытость, хорошие содержательные беседы и деловую торопливость, Эрид невнимательно загубил эти качества в самом себе, оставаясь таким только в окружении «софитов» и свиты, когда того требовал протокол.
Он часто появлялся на публике, подбадривал и вещал не им написанные истины, дежурная улыбка либо философское выражение редко сползали с его натруженной физиономии. Мышцы лица политика ныли ощутимей мышц профессионального атлета, из-за чего, будучи наедине с собой, занимаясь любым делом, Эрид совершал его столь безэмоционально и нерасточительно в движениях, что достигал схожести с безжизненным трупом. Но стоило кому-то ворваться в его личные покои, а такое случалось сплошь и рядом, как политик менялся на глазах, как заводная кукла, выдавая на-гора дежурную мимику и запас уместных фраз. Пожалуй, только в компании своего секретаря и первого помощника Дидука Эрид ещё умудрялся не притворяться. Но верный слуга уже пережил своё расставание с родиной, будучи занят поручением на Исфахане, и не мог разделить с ним минут прощания с Аккадом.
Покуда эскорт стремился к Исфаханской Солнечной системе, Эрида отвлекали с полсотни раз. Работа утомила политика, да и сосредоточиться в нарастающей шумихе, без которой не обошёлся бы и гораздо более скромный отъезд, несравнимый с масштабной эвакуацией, было сложно. Выход кораблей из сверхсветового манёвра политик воспринял как долгожданный праздник. Эрид обдуманно сложил виртуальные документы и оставил работу программ в режиме сортировки по тщательно заданным им параметрам.
Едва поднявшись, политик предсказал очередное появление помощника и натянул улыбку до того, как военный среднего ранга открыл шлюз.
– Прилетаем. Знаю, – опередил он парня.
Помощник кивнул, добавив:
– Ваш секретарь уже прибыл на главный корабль, Милорд.
– Сначала посетим делегацию, которая нас сопровождает. Время ведь позволяет?
Парень утвердительно кивнул.
– Позволяет, Милорд. Портал ещё не открыт.
Военный удалился передавать пожелания Правителя, и эскорт, вместо того чтобы сразу направиться на главный корабль гражданско-военного флота пятой эвакуации, сменил курс и начал заходить на широкую площадку одного из орбитальных колец планеты Исфахан. От площадки вели переходы к просторному передвижному дворцу – невообразимому и прекрасному образцу орбитальной архитектуры, где сейчас находились Верховный Хранитель, Верховный Главнокомандующий, его сопровождение и члены Сеннаарского братства, которым предстояло запустить и удерживать портал.
Прежде чем сделать шаг по ту сторону портала, Эриду требовалось напоследок встретиться с Илларией. По факту, только из-за Верховного Хранителя политик незначительно изменил маршрут. Оказавшись на орбитальной станции, Правитель, не мешкая, направился к Илларии, но та уже ждала его у парадного шлюза.
Обойдясь самой что ни на есть дежурной улыбкой, Эрид сходу задал вопрос:
– Вы их нашли?
Иллария неопределённо кивнула.
– Они быстро перемещаются внутри галактики и недавно были замечены в Риннуанской системе, точнее, это был Энлиль.
Политик оживился при упоминании имени племянника, но тут же поник, дослушав фразу Хранителя.
– Но потом он вернулся к окраине галактики, и в дальнейшем их сущности стали неуловимы для нас.
Эрид побелел, и Иллария его успокоила.
