– Владимирский – не просто олигарх, а обыкновенный человек, которому известно о мире Полуночи, и он при этом никогда не стремился стать вампиром или оборотнем. А еще он друг Владлена Булатова.
Вожака Северной стаи? Интересно, что их объединило, раз это переросло в дружбу?
Глеб вернулся в микроавтобус вместе с Хмельновым.
– Добрый вечер, – поприветствовал всех некромант.
Мы отозвались вразнобой.
– Денис Викторович введет нас в курс дела, – объяснил бригадир.
– Особо нечего рассказывать: в этом здании пытались вызвать низших демонов.
Ого… Низшие демоны – и нечего рассказать?
– Пытались? – зацепился за слово Игорь. – Если демонов не вызвали, то что там зачищать?
Бедняга, он все еще надеялся, что крови не будет.
Раздраженный, что его перебили, Хмельнов поджал на миг губы, взгляд потяжелел, но ответил он спокойно:
– Низших демонов не вызвали, зато восстала древняя тварь, скованная магией. Неправильный ритуал и агония жертвы нарушили печати на саркофаге – и монстр вырвался наверх, раскурочив фундамент здания. Когда он начал жрать заклинателей, кто-то из них успел вызвать полицию.
– Слабаки какие-то, а еще планировали справиться с демонами, – пробормотал бледный Слава.
Некромант проигнорировал замечание.
– На наше счастье, ближе всех к ТРЦ был патруль, состоящий из боевого мага и некроманта, в тандеме они и упокоили тварь, не дожидаясь подмоги.
Я выдохнула и поняла, что некоторое время не дышала, слушая рассказ.
Одно дело – жестокие разборки агрессивных, но живых полуночников, и совсем другое – восставшее существо. С ним не договоришься, не внушишь прекратить разгул. Из всех внятных мыслей – пролить больше крови.
– Сейчас мои парни проверяют здание в третий раз, затем вы сможете убрать все, что осталось после деятельности заклинателей.
– И от самих заклинателей, – схохмил Слава.
В этот момент я четко поняла, что глупые шутки – это своеобразная психологическая защита впечатлительного портальщика. Не со зла выдает он глупые или обидные фразы, от бездумья, вызванного страхом.
– Вы думаете, что кто-то из нарушителей мог сбежать? – вскинула брови Лия.
– Не исключено, – кивнул Хмельнов. – Кто-то же вызвал полицию? Мог и укрыться до ее приезда.
– Тогда лучше проверить здание с менталистом, – заметила моя коллега без особого энтузиазма.
– Эманации мучительной смерти не развеялись, поэтому не стоит, – покровительственно произнес Хмельнов. – В этот раз я вас пожалею, девочки.
Прозвучало это… не очень красиво. Вроде бы благородство, но с душком сексизма.
И Лия, и я на работе, нам не нужны поблажки, за которые потом может влететь. Мол, проглядели спрятавшегося в ТРЦ заклинателя по вине трусливых магичек разума.
Я посмотрела на Глеба, который наверняка видел ситуацию в том же свете, что и я. Бригадир обязан продумывать, чем аукнется то или иное решение.
Но он молчал, и я не стала вылезать вперед со своим предложением. В конце концов, нас освободил от досмотра здания сам начальник полиции. Наверное, надо пользоваться моментом?
– А мне непонятно, почему неправильный ритуал оживил существо? – Я сначала спросила, затем прикусила язык.
Не в моей компетенции подробности. Логичнее, когда их выясняет следователь, а не чистильщик.
Вопреки ожиданиям, Хмельнов посмотрел на меня одобрительно.
– Некорректное заклинание дало небольшой импульс, основную работу проделала кровь жертвы, пробудив запечатанную тварь.
Как кровь проникла сквозь пол и фундамент в землю? Не вяжется что-то. Впрочем, я далека от ритуалов. Возможно, Хмельнов подразумевал жизненную энергию, которая вытекла из жертвы вместе с ее кровью.
– Что за тварь? С чем пришлось столкнуться полиции? – спросил Глеб.
– С оборотнем, превращенным в скарбника. Принудительно обращенным, – уточнил Хмельнов.
Я читала об этом ритуале, думаю, как и все здесь присутствующие. В давние времена темные маги часто практиковали подобные обряды. Обычно в роли скарбника выступал человек без дара, добровольно согласившийся хранить сокровище.
Когда скарбника создавали насильственно, несчастного не убивали сразу, закапывали живьем. И если это был вампир или оборотень, его усыпляла магия, превращая не в бесплотного духа-хранителя, а в нечто непонятное – не живое и не мертвое, очень злое и голодное…
Хотя на мне были все восемь колец, я остро почувствовала, как неприятно Глебу услышать, что монстром сделали оборотня. Ну да, как будто скарбник из обычного человека – это не так страшно…
Я отвернулась и вновь поймала внимательный взгляд Максима.
Да что же такое? Он отслеживает мою реакцию на все? Зачем? Для чего?
– Глеб, вскоре подъедет Владимирский, поговорите с ним? – попросил некромант. – Я его совсем не знаю.
– Опасаетесь истерики из-за испорченного имущества? – догадался бригадир.
Хмельнов поморщился.
– Чтобы найти саркофаг, нам пришлось снять плитку, раздолбить фундамент – теперь там настоящий котлован.
– Зря переживаете, Владимирский не раз сталкивался со сверхъестественным на своих объектах.
Почему у меня ощущение, что за этой фразой кроется целая история?
Хмельнов вместе с Глебом ушли.
