Зрение не восстановилось, боль нарастала, но я сумела рассмотреть встревоженное лицо Лии.
– Рита, держи, с орехами.
– Спасибо.
Я откусила кусочек мягкой, несмотря на прохладу кондиционера, шоколадки и прикрыла глаза.
Боль захватила всю голову. Разговаривать, даже видеть никого не хотелось. Я была словно в тумане.
– И кофе налейте, пожалуйста, из термоса, – попросила из последних сил.
– Обойдешься, – грубовато ответил Максим. – Кофеиновая маньячка!
Когда он вернулся? Я не услышала и не почувствовала.
На мои виски легли прохладные пальцы, и я забыла обо всем на свете. Несколько нажатий – и наступление боли было остановлено. Она замерла, будто не веря, что кто-то наглый вознамерился ее изгнать из моей головы.
– Дыши глубоко, Рит, и ни о чем не думай, – прошептал Максим близко-близко, щекоча дыханием мою щеку.
И я подчинилась.
Хемминг проводил менталистку долгим взглядом, сохраняя маску невозмутимости на лице и при этом беспокоясь о состоянии девушки. Она все еще не восстановилась после событий в Туле.
И сейчас перенапряглась, входя в близкий контакт с духом, отчего ее накрыло откатом. В любом задании Маргарита выкладывалась на все сто, а то и больше, рискуя порой даром и жизнью. Неглупая, она подставлялась осознанно, как он подозревал, надеясь таким способом умаслить судьбу, чтобы та не помешала, когда настанет час освобождать младшую сестру. Жаль, но ничем не подкрепленная вера могла и не принести свои плоды: судьбы не существовало. Уж Хемминг прекрасно это знал.
Как и то, что помощь упрямая девица принимать не станет, и ему придется в очередной раз филигранно действовать за ее спиной.
– Натан, я подготовил для захоронения останки Мирона и вернувшиеся в гробницу кости Инги, – сообщил подошедший Велигор, отвлекая от тягостных мыслей. – Сегодня могу быть свободен или проверить шкатулку на темные чары?
Хемминг посмотрел на предмет у своих ног, о котором на время будто забыл.
– Не стоит, шкатулка чиста.
Ярый охотник за сокровищами и древними диковинками недоверчиво изогнул темную бровь.
– Скажи еще, что знаешь, что там находится.
– Угадал, – хмыкнул Хемминг. Подхватив сокровище скарбника и выпрямившись во весь свой немалый рост, он отдал напоследок приказ: – Жду отчет о зачистке территории, а от вас, Хмельнов, объяснительную.
Бригада Глеба Северного все еще не уехала. Точно, ищут потерянные Маргаритой кольца-блокираторы. Если не найдут, у нее возникнут сложности.
Можно помочь, но в этот раз у Хемминга были иные планы.
– Шкатулка светится, – меланхолично заметил Велигор, который шел с ним рядом.
Оборотень без спешки опустил взгляд – зажатый под мышкой ларчик золотисто сиял.
– Типичная реакция на извлечение из схрона, – отозвался Контролер подчеркнуто равнодушно.
– Правда? – удивился Велигор и не выдержал: – Слушай, Натан, ты собираешься рассказывать, что там? Или хочешь, чтобы я помер от любопытства?
– И чтобы меня на медленном огне поджарила твоя жена? – пошутил Хемминг с непроницаемым лицом. – Пойдем в машину, расскажу и покажу.
Уже в салоне тонированного черного внедорожника он нажал на голову медведя, красующегося на крышке шкатулки. Щелчок – и она открылась.
На белой бархатной подушке лежали два массивных браслета-обруча из золота. На широких полосах грубовато высечены силуэты медведей. Одно из украшений сияло с каждым мгновением все слабее.
– Судя по размеру, браслеты предназначены для мужчины, – принялся анализировать Велигор. – Я не встречал ничего подобного, но ассоциируется со скифско-сибирским звериным стилем. Раньше считалось, что образ медведя не использовали при создании художественных изделий этого кочевого народа, но это было до раскопок элитных погребений.
– Значит, артефакт древний? – сделал вывод Хемминг.
Велигор кивнул:
– Или это мастерски созданная реплика. Золото – мягкий металл, при частом ритуальном использовании изделия из него легко повредить.
– Можешь рассказать, для чего эти браслеты?
– Натан, это экзамен? – рассмеялся Велигор. – Я не артефактор, могу только утверждать, что это парный артефакт, точнее, он рассчитан для двоих мужчин.
– Интересный вывод. А основания?
– Ну как же, посмотри внимательней! – Некромант потянулся к открытой шкатулке, но прикоснуться не решился. – Они похожие и в то же время разные. Резьба на одном – охотящиеся, атакующие медведи, то есть движение, экспрессия. А на втором браслете – медведи на отдыхе, созерцающие, то есть гармония и уравновешенность. Два состояния, два возраста. Я бы сказал, что браслеты намекают на преемственность, смену состояний, даже поколений…
– Все-все, понял, прошу пощады! – Хемминг в шутку поднял руки.
Оседлавший любимого конька некромант вздохнул и тотчас встрепенулся:
– Натан, ты мне зубы заговариваешь? Ты ведь знаешь, что это?
– Десять лет назад из-за этой шкатулки едва не началась война между кланами оборотней. Я подозревал, что к ее исчезновению причастен Муберг, но доказать не смог, да и смылся он в Европу вовремя.
Вервольф уставился в одну точку за окном, мысленно возвращаясь в прошлое. Глубокая морщина рассекла переносицу.
