– В твоих словах есть зерно истины, но, разве, когда ты начинаешь осваивать новый навык, не нормально совершать ошибки и не всегда быть совершенством? – спросил Михаил у крестника и перевел взгляд на Ярослава, который смотрел на него в ответ. – А еще ты не знаешь, на что именно способен твой отец. Он умный и усердный. У него много талантов, о которых даже он может не знать. А о некоторых Слава попросту забыл. Кроме рыбалки, он во многом хорош. Он компанейский человек, одаренный музыкальным слухом и отличной пластикой для танцев. Он умеет играть в шахматы, шашки и в кучу карточных игр. А в дураке научился мухлевать так, что никто его не обыграет. И ему всего пятьдесят пять лет! Да вся жизнь впереди! Если Слава захочет, например, пилотировать самолет, то он освоит это дело без труда…
За столом последнюю фразу Гайдука восприняли, как хорошую шутку, которая завершала своеобразный тост-поздравление. Гости засмеялись, сменили тему, и разговор потек дальше между присутствующими. И только двое людей, смотрящих друг другу в глаза, знали, что это была не шутка, и Михаил действительно уверен в том, что Ярослав способен на многое. На гораздо большее, чем он достиг в жизни.
Папка «В гостях-08»
Включить воспроизведение.
Анна редко ходила с Ярославом в гости к Михаилу. Вроде как потому, что хотела дать мужчинам пообщаться наедине. К тому же обычно в то время, пока муж был у Гайдука, она ходила к сестре, или к родителям, или в церковь. В общем, туда, где Ярослав не любил бывать.
Но с тех пор, как Слава вышел на пенсию, а она сама стала брать меньше учеников, они стали навещать Михаила вместе. А летом, когда на попечение бабушки и дедушки отдавали двух внуков – Макса и Милу, – они приходили к Гайдуку аж вчетвером. Михаил был не против, а Эдисон так вообще только «за»: тут тебе и за ушком почешут, и спинку помассируют, и мячик покидают, и вкусности со стола отдадут…
И один из таких обычных, казалось бы, визитов, попал на видеозапись в семейный архив к Смирнитским. Оператором, на удивление, был не Ярослав, а Анна. Маленькая Мила играла с Эдди в гостиной, а на кухне деда Слава и деда Миша учили восьмилетнего Максима играть в Тысячу.
– Ну, наконец-то, у нас новый постоянный соигрок появился, – радовался Михаил, отделяя от полной колоды тузы, карты-картинки, десятки и девятки. – Никто в вашей семье, кроме твоего деда, эту игру не уважает, а очень зря!
– Я просто не понимаю правил. Слишком сложно, – сказала из-за кадра Аня.
– Мы сейчас научим Макса играть, и тебе станет стыдно, что ты не разобралась, – подколол жену Ярослав и принялся наперебой с Мишей объяснять внуку правила, используя странные незнакомые ребенку слова, типа «марьяж», «прикуп», «хвалёнка», «болт», «самосвал» и другие термины.
Анна не записывала всю игру, да и это было бы излишне. Она больше старалась поймать в кадр эмоции своих мальчиков: камера металась между азартно-увлеченным Славой и удивленно-восторженным Максимом. А еще иногда на фоне появлялся Михаил. У него, в противовес восторженным лицам гостей, было радостно-умиротворенное настроение. На губах была мечтательная рассеянная улыбка, но несмотря на то, что его мысли были где-то далеко, он четко и без нареканий вел счет.
Восьмилетке явно льстило, что его допустили до такой сложной взрослой игры. Он старался разобраться в правилах и лишь изредка показывал дедушке свои карты, чтобы посоветоваться с ним. И, когда в конце очередного кона он вышел в лидеры, то не удержался, вскочил со стула и побежал хвастаться сестре.
– Через пару лет нам придется играть вчетвером? – с тихой усмешкой уточнил Михаил.
– Ну, так же можно, – пожал плечами Ярослав, перетасовывая тонкую колоду. – По очереди будем на прикупе сидеть.
– Нет-нет, я буду играть вместе с Милой, она принесет мне удачу! – щелкнул пальцами Гайдук.
– Да ей же всего пять лет, Миша!
– И что? – удивился мужчина.
– И то, что рано делать из кого-то среди моих детей и внуков любимчиков, – строго сказал Ярослав, а Аня на фоне захихикала. – Эй, не смейся надо мной!
– У него уже есть любимчики, Слава. И он им не отец и не дед, так что ему можно, – Аня, вероятно, улыбнулась Мише, потому что он кивнул ей с мягким и благодарным выражением лица.
После чего запись была отключена.
***
Ярослав поставил греться воду в чайнике, достал жареную картошку и собирался ее разогреть, когда на кухню зашел Михаил. Вид у него был такой, словно он только что утопил парочку котят. Или нет. Утопил любимую удочку Славы, которая, правда, уже несколько лет пылится на антресолях.
– Эй, ты чего? Расстроился? – Смирнитский поставил сковородку на плиту, включил нагрев и шагнул к мужчине. – Миш, ну в самом деле, не переживай так из-за этого дистанта. Отказаться никогда не поздно. Но я уверен, что…
– Я не из-за этого, – растерянно и как-то удивленно ответил Михаил. – Тебя разве не разозлило, что я взял ваши видеозаписи без спроса?
