и человек не говорил.

<p>Т.Г. Шевченко. После меня</p>

Там где ветер тише зари

и в реке небесные зори,

чайки плачут «memento mori»

и слепые поют кобзари.

Там где швыдкие кони в степи,

мысль светла и воля не спит,

кормит грудью младенца Мадонна.

И где пашни кровь горяча,

и заржавлена сталь меча,

и поэта не помнят…

***

      Кайдани порвіте.

      Т. Шевченко

Повстав, як звір, на задні лапи,

як руський хер чи фрицький герр.

Блакитно-жовте сало – прапор,

виделка – герб.

Свободи та зелених грошів –

на всі віка!

Реве славітняя ріка

ген вже на площі.

***

Вернули крила журавлів

до рідного хреста.

І день розтікся по землі,

як сповіді Христа.

Чи то є Біблії оман?

Чи то є божий ад?

Онука вийде на майдан,

і брата скривдить брат.

<p>Микола Хижняк</p>

–Гей-но, хлопці, рідне слово

пригадай, не знаймо втрат! –

скресне Стуса співрозмовник,

Василя молодший брат.

***

Даже Тычину

не пошлёшь без причины.

<p>Прогулянка з Оленою Безсоновою</p>

(перевод с русск.)

Збагнеш себе ранком

якогось біса,

якогось травня

та дивишся, дивишся

у задзеркалля:

хто там скалить?

Живу та й живу

вітру навпроти.

Каже Сократ: «Дежавю».

Каже Де Сад: «Ломота».

Високий громади смак,

як газ над сектором Газа.

Пишемо Мон і Мах

верхи на унітазі.

А чи піти погуляти

з поетом Ізвіковим?

Тільки де ж його взяти

цього чоловіка?

Витоптуєш теми

з якою б і бог не погребував.

Вдивляючись в темряву,

вгледіти – небо.

***

Плине пташа по-під хмарою

над Дніпром суворим.

Перекладає віки кобзар.

***

Горлиця з немовлятами,

а козак вже вгледів

куряву на дорозі.

***

Степан схилявся до пластичних муз,

він фарби м‘яв і мав єство ефекту.

Йому здавалось: він втрачає глузд,

а це було новітнєє мистецтво.

***

Всілась птиця на майдані,

біля бані на паркані:

–Гей! – гука. – Всі безталанні,

безкишенні, бездиханні!

Тож настав шалений день:

кулемети – із кишень!

та й на площу! –

той не з нами, хто не йде,

ми відмиємось від мулу!

–Хай завгар, – усі гукнули, -

за атамана буде!

І пішли з міст і городами,

з шахт по пелькам і по мордам,

і з отарою чабан:

–Буду пан я і гетьман!

Чим я вам не командир!

Вечір, рев, курява, пил…

<p>Откровения Хайяма</p>

***

Насколько я Тебя познал,

настолько я к Тебе и приблизился.

О. Хайам

Выпита жизнь и опрокинут стакан,

справа налево и всяко прочитан Коран.

Умер и ровно на расстояние смерти

к Богу стал ближе Хайам.

<p>Игра</p>

Площадка ровная, мяч кругл,

забава сердцу, тренаж для ног и рук.

Начала и концы, игрок и зритель –

в руке невидимой, швырнувшей мяч в игру.

<p>Газель</p>

Безумца славит, хитреца спасает страх,

вино Хайяма крепко держит на ногах.

Как всякая болезнь натягивает жилы,

мозгам природа не позволит простудиться.

Когда бы не паденья, мы б не жили.

<p>Недосказанное рубаи</p>

Недаром прожил на земле свой век

нарисовавший звёзды человек.

<p>Рубайят</p>

«Есть в мире дух, есть в мире тело», –

горячее лицо гудело.

–А что не тело и не дух? –

спросили – и лицо потух.

<p>Выбор есть</p>

Быть лучше тощим и здоровым, чем

жрать на ночь мясо или что попало.

Пить одному приятно из бокала,

а с кем попало, из горла – зачем?.

<p>Пей!</p>

Если жизнь – потаскуха и сука,

если друг – лучше б не было друга,

если некому руку пожать, –

пей! на ручку кувшина опустив свою руку.

<p>Последнее рубаи</p>

Насколько надобно судьбе,

настолько ближе стал к тебе,

Господь. Потомок мой в веках,

вино допей, кувшин разбей.

<p>Тлен</p>

Эта чаша с вином – красавицы челюсть,

а кувшин бедняка – хана череп,

а поклон мой, друзья,

низкий – годы через.

<p>Судьба</p>

Пусты карманы, друг мой, ну и что?

Ты сед и ослабела мышца, ну и что?

Благодари судьбу, она открыла

твой последний том.

<p>?!</p>

Шьющий палатки из дней бытия,

вот и закончилась нитка твоя.

Ты на толкучке торгуешь свою

мерзкую жизнь, о Хайям, нахуя?

<p>Испытание</p>

Не скрываю, друзья, я люблю пить вино,

видно, Господом мне испытанье дано.

Если б это была не Господняя воля,

я бы в сточной канаве заснул вечным сном.

<p>Сон</p>

Всё есть сон

***

…И в саду из грушевых деревьев

отпустило наконец Хайяма время.

<p>Суета</p>

Голяком по песку, по Сахаре,

что ты ищешь, дружбан, генецвали?

Всё смешно. Даже путь Моисея.

Слышишь? – долго стреляют в Израиле.

<p>Привыкаю</p>

Раз глотну, посижу, потом дважды глотну

постигаю невыпитого глубину.

После смерти я, может быть, стану кувшином?

Привыкаю к хорошему, братья, вину.

<p>Истина</p>

Словно солнце, вино освещает бокал.

Словно истина, эта прозрачность легка.

Пусть проходят века, я познал

радость истины, пусть она даже горька.

<p>Осторожно!</p>

По песчинкам-зрачкам от хижины до хижины

иду, видишь меня? вижу я?

Пусть будет лёгким твой шаг по траве,

друг мой неближний.

<p>Что потом?</p>

Родился, с пылью скрылся за порогом.

Жил, соблюдая нравы строго.

Мой жалкий, мой счастливый человек…

И что потом? И что за Богом?

<p>Наслаждайся</p>

Ветер юбки порвал ей, дрожит на ветру,

соловью шепчет роза: –Пой сладко, шалун,

видишь, клонится солнце к закату,

до утра наслаждайся, я утром умру.

<p>Плюй!</p>

Плюй на всех, кто кругом,

не будь дураком.

Посмотри,

друг твой тоже

не желает быть дураком.

<p>Желания</p>

Грудь женщины в руке и друга

рука. Войны и мира дым по кругу.

Вино пролито на листы Корана.

Перейти на страницу:

Похожие книги