— Вацлав, а ты помнишь, что мы за государственными делами так и не отметили Новый год? Как раз в первый день года мы отправились к твоему другу и решили последнюю ночь в теплой гостинице провести в постелях, а не за праздничным столом.
— Сожалею, Милан, но Новый год мы отметим в Медвенке. Не по приезду, конечно, а первого января, как положено. Или ты намекаешь, что не кисло было бы пожить здесь лишний денек?
— Да, в общем, нет, — пожал плечами Милан. — Честно говоря, я удивлен, что ты выделил целых два дня подряд.
— Мы все устали, — объяснил Вацлав. — К тому же нам надо дать возможность Яношу проследить за развитием сюжета в журнале с эротическим названием, с тем, чтобы потом пересказать нам. Хотя, если вы хотите пожить здесь подольше, я не возражаю. А завтра мы с тобой еще должны будем оформить въездные документы. Ты как, Стас, куда планируешь ехать?
Стас положил вилку.
— Почему вы спрашиваете? Разве у меня есть выбор?
— Разумеется. Ты можешь поехать отсюда прямиком домой, а можешь ехать с нами, в Великое княжество Московское. Собственно говоря, выбор есть у всех. Вот только Милан решил, что едет со мной еще в Верхней Волыни и до сих пор не менял своего решения…
— И не изменю, — вставил молодой человек.
— Яношу я предоставил подобный выбор перед въездом в Трехречье. Как видишь, он тоже решил мир посмотреть. А ты… Собственно говоря, ты просто обещал быть нашим проводником в Трехречье. Нет, не думай, что я тебя прогоняю. Просто ты должен определить свой маршрут сам.
Стас хотел было ответить, что едет с ними, но вдруг смутился и полез в карман. Он брал кредитную карточку на десять тысяч корон три года назад, но с этой карточки он снимал довольно много денег.
— Ты хочешь ехать? — удивился Вацлав.
— Да, конечно. Вот только не пойму, сколько у меня осталось денег. По-моему совсем немного.
— Не беспокойся об этом, — возразил Вацлав. — Если ты едешь с нами, то за счет моих командировочных расходов. Честно говоря, я сейчас свободен в расходах, как никогда. Яромир прислал мне кредитки чуть не во все европейские страны.
Стас сунул кредитку в карман.
— Тогда я поеду с вами, если не возражаете. Может быть, я смогу быть чем-нибудь полезен.
— Пустое, Стас. Это не главное.
— А что главное?
— В данном случае, главное, что ты хочешь.
Стас отпил вина и снова взялся за ужин.
— У вас оригинальный взгляд на вещи, Вацлав.
Вацлав засмеялся.
— Знаешь, пожалуй сейчас, когда ты определился со своим дальнейшим маршрутом… Ты ведь едешь с нами, я правильно понял? Так вот, сейчас я могу признаться. Уезжая из Медвенки, я дал зарок, не отказываться ни от каких случайных попутчиков. Более того, ездить исключительно на попутках. Ты же понимаешь, я бы мог прихватить экипаж из Медвенки. Но я решил ехать, как придется. Точнее, как повезет. Поэтому я и спрашивал, что ты хочешь. Согласно моему зароку, я не имел права влиять каким бы то образом на твое решение.
Стас улыбнулся.
— Вот теперь я и, правда, все понял. Судя по вашим словам, если я правильно понял, изначально вы планировали идти в Трехречье вдвоем с Миланом. Янош был вашим попутчиком до Угории. А потом он, также по незнанию, присоединился к вам.
— Все так.
— А теперь еще и я. Если бы я знал… Черт побери, и сам не знаю, что бы я сделал, если бы знал, — Стас обезоруживающе улыбнулся. — Знаете, мне и, правда, любопытно посетить Московию. То, что вы говорили, со слов воспреемника, очень и очень интересно. Вот только выходит так, что я навязался вам.
— Не бери в голову. Большая компания даже лучше. Дай волю моему брату, и я пошел бы во главе небольшой армии. Вот только я согласился взять с собой только одного спутника.
Два дня в гостинице для начала превратились в три. На следующий по приезде день Милан явился в комнату Вацлава только к обеду, смущенно извинился за опоздание и сообщил, что он проспал. Янош хихикнул, Стас покачал головой с восхищением, а Вацлав с сочувствием. Он и сам проспал весь день. Вот только сделал небольшой перерыв на завтрак. Посему Вацлав решил, что документы они оформят на второй день, а потом, после такого утомительного, и, главное, непривычного времяпрепровождения отдохнуть просто необходимо. К тому же одежда. День на стирку, день на глажку. Пусть они отдали ее в прачечную, но ведь это не повод, чтобы не дать белью высохнуть.
На четвертый день путники уже совсем собрались ехать в Великое Московское княжество и даже спустились в холл, кстати, в первый раз за все время. Но на улице была такая метель, что Милан только скептически хмыкнул. Он сказал, что в такую погоду они могут вернуться в Трехречье и не заметить. Вацлав засмеялся, согласился, отдал коридорному вещи и пригласил своих спутников в сауну, которая располагалась в подвальном этаже гостиницы. Ему сообщил о ней коридорный и очень рекомендовал посетить, а тут — такой случай.
