На пятый день погода несколько наладилась. Правда, по температурно-градусной кривой князя Венцеслава уже нужно было закреплять водку спиртом, но в теплых санях, подаренных им воспреемником Души Трехречья на температуру окружающей среды можно было не обращать внимания. Так что компания прихватила вещи, Янош и Стас кроме своего багажа загрузили в сани еще две внушительных корзины с запасом продовольствия. По расчетам Вацлава, его должно было хватить на месяц. Но он не возражал. На предыдущей границе Янош тоже затарился прорвой еды и не промахнулся.
Стас же кроме еды прихватил внушительный запас спиртных напитков. По его словам, в медицинских целях. Вацлав осторожно расспросил Яноша, выяснил, что Стас купил вина на свои и отдал ему деньги. На все возражения и протесты последнего он только пожал плечами:
— Я же говорил тебе, Стас, у меня сейчас нет нужды в деньгах. Но ты не переживай. Обналичил деньги, значит, я не буду занимать тебе на карманные расходы.
Стас представил, как он стал бы просить у Вацлава деньги на мороженое и засмеялся.
И вот, в солнечное морозное утро, компания бодро добежала от двери гостиницы до саней, которые служители в обширных тулупах подогнали почти к самому порогу и живо вскочили внутрь. Милан сел на козлы, считая, что у него уже есть опыт пересечения границ и, не желая уступать в таком важном деле пальму первенства. Несмотря на то, что Милан почти не был на дворе, он успел разглядеть какую-то странную конструкцию, привязанную к задку саней. Он подозвал к себе служителя.
— Что это там прикреплено сзади?
— Вам подарок из Трехречья, господин. И письмо. Сказали отдать, если господа спросят.
Милан взял письмо, повертел в руках и отдал Вацлаву.
— Тебе. От Димочки.
Вацлав взял письмо.
— Когда его доставили? — спросил он у служителя.
— Позавчера, господин. Но было строго-настрого велено отдать, только когда спросите.
Вацлав вздохнул и распечатал письмо.
— Собственно говоря, это не письмо, Милан, — сообщил он, изучив содержимое. — Это инструкция, как переделать сани в телегу.
— Все-таки Володимир очень оригинальный человек.
— Да уж, не без того.
Через полчаса они уже подъехали к пропускному пункту в Великое княжество Московское. Вацлав сошел с саней и протянул документы.
— Цель поездки? — спросил пограничник, придирчиво изучив бумаги.
— По обмену опытом, — нейтрально отозвался маг.
— Каким?
— Магическим.
— Так, вы маг? — недоверчиво переспросил стражник.
— А что, не похож?
Пограничник пожал плечами. Если бы этот худощавый блондин был магом, он бы уже давно заставил его пропустить его куда угодно, даже не раскрывая рта. Вацлав не часто практиковал телепатию, но мысли пограничника он прочел без малейших затруднений. Что ж, теоретически сделать то, о чем думал этот парень, было возможно. Даже на границе. Может быть, даже и не будет отдачи. А если будет, то, что ж, мгновенная смерть для мира, и очень долгая жизнь в восьмом измерении. Вацлава не тянуло в восьмое измерение. Поэтому он решил применить бытовую магию и достал из кармана несколько крупных купюр. Похоже, это был самый мощный вариант местной магии. По крайней мере, пограничник, кланяясь, проставил необходимые печати, отдал ему бумаги и даже подсадил под локоток в сани. Вацлав сел на свое обычное место и откинулся на подушки.
— Янош, после подобных коллизий, мне почему-то сразу хочется есть.
— Это потому, что вам нужно как-то утешиться после таких вот непроизводительных расходов. А что может утешить лучше хорошего многоэтажного бутерброда?
— Два бутерброда. Можно даже без брода.
Янош расхохотался.
— Мне повезло, что у Милана такой богатый словарный запас.
— Да? Кто бы мог подумать!
— Чем издеваться, лучше вырешил бы мне бутерброд. И пива. Я ведь точно знаю, что Стас прихватил с собой столько ящиков, сколько вместилось под сидениями.
Вацлав засмеялся, положил на тонкий кусочек хлеба ломтик ветчины, сверху кусочек соленого огурчика, сверху пару кружков колбасы, сверху капустный листик, а на него кусочек холодного ростбифа. В таком виде он отдал бутерброд своему секретарю.
— Стас, открой бутылочку пива, видишь, у Милана душа горит, выпить хочется.
Милан одобрительно оглядел бутерброд.
— Ты прекрасно готовишь, Вацлав. Я теперь всегда буду оставлять тебе дежурство по кухне.
Стас аж поперхнулся. На его взгляд, Милан временами зарывался. Он посмотрел на Вацлава. Тот с гордым видом готовил бутерброды для остальных членов компании. Стас немного подумал и принялся открывать и раздавать пиво. Может быть Вацлав и прав. Всяко лучше так, чем скучная и изысканно вежливая церемонность. С другой стороны, Милан тщательно соблюдал этикет при посторонних. Все-таки тяжелая это работа, быть доверенным секретарем у большого начальника!
Сани выехали на большую дорогу. Дорога была довольно широкая, по обеим сторонам поросшая смешанным лесом, покрытым пушистым снегом. Все это великолепие ослепительно сияло на солнце.
— Тяжело ехать, — отметил Милан. — Глаза слепит.
