Впрочем, подремать как следует ему помешал высокоинтеллектуальный разговор, затеянный Стасом и Аввакумом. Они решили до конца прояснить между собой преимущества и недостатки вареников с картошкой, мясом и зажаренным луком и вареников с вишнями. А так как, обсуждая эту животрепещущую тему они не могли не помянуть все прочие вареники, которые им доводилось потреблять в их недолгой и нелегкой жизни, то не приходится удивляться, что слегка отойдя от съеденного, и Милан, и Вацлав, и Янош изъявили желание немного прокатиться верхом.
Когда, примерно через часок, Вацлав и Янош вернулись в экипаж, Стас с Аввакумом дружно вздыхали, вспоминая, на этот раз, вареники с капустой. Вацлав не выдержал.
— Ребята, сколько можно? У меня от одних ваших разговоров слюнки текут!
Стас вздохнул.
— Вам хорошо, Вацлав. Вы можете и в натуре все это съесть. И это нисколечки не скажется на вашей фигуре. А мне… Что ни съем — все на пользу идет. Ну что ты будешь делать!
Вацлав усмехнулся.
— Да, Стас, нас бы с тобой сложить вместе да разделить, глядишь и вышло бы два нормальных человека. Что ни говори, а я слишком худ.
— Мне бы ваши заботы, — вздохнул Стас.
— Ни скажи. Я вот жениться собрался, а, честно говоря, на меня в раздетом виде даже смотреть страшно. Кожа да кости!
— Да нет, не страшно. Я же видел вас не далее, чем неделю назад.
— Да, правда. Но все же ты смотришься гораздо лучше.
— Вы хотите сказать круглее.
— По крайней мере, об тебя не уколешься. Хорошо, что Ларочка пока не видела меня раздетым. Я уж боюсь, что как увидит, сбежит обратно в свою Московию.
— Да ладно вам, Вацлав. Вы просто никогда не пробовали похудеть.
— А зачем?
— Я понимаю, что вам это совершенно ни к чему. Но я хочу сказать, что вы просто не в состоянии оценить серьезность проблемы.
— М-да, Стас. Жаль, что косметическая магия объявлена вне закона, а?
Стас хохотнул.
— Вне закона? — переспросил Янош. У него широко распахнулись глаза от удивления.
Вацлав сделал Милану знак приблизиться и начал:
— Когда-то давно, в незапамятные времена, точнее, лет шестьсот назад…
— Не такие уж и незапамятные, — вмешался Милан. — Зачем ты звал меня, Вацлав?
— Послушай. Потом перескажешь. Это очередной урок верховой езды.
— А я-то думал изящной словесности.
— Ну что ты, мой мальчик, я никогда не ставлю перед собой неразрешимые задачи. А научить тебя изящной словесности…
— Не преувеличивай, Вацлав, обычно я выражаюсь вполне культурно.
— М-да, кто бы мог подумать? Но к делу. Итак, Янош, лет шестьсот назад Верхняя Волынь восстала из пепла, словно радиоактивный многомерный феникс. В стране тогда, ясное дело, был переизбыток магов. Да оно и понятно — в первые годы после войны именно магическая энергия обеспечила подъем страны. Она тогда заменяла практически все виды энергии. Но не буду об этом распространяться, это история. Захочешь — прочитаешь. Если, конечно, будешь читать не эротические журналы, а что-нибудь более серьезное. А еще в то время радиоактивное излучение вызвало некоторые мутации. Собственно, все мы теперь здорово отличаемся от тех, кто жил до ядерной войны. Если верить ученым, то у нас повысился умственный потенциал и продолжительность жизни. Но я что-то в этом сомневаюсь. Нет, продолжительность жизни и правда возросла и не только в результате старения населения в связи с отсутствием смертности на войнах. А вот умственный потенциал… Мне кажется, что наши ученые мужи просто ищут дурнее себя. Среди современников таковых они найти не могут, поэтому решили поискать среди предков, которые, в связи со вполне понятными обстоятельствами, не могут встать и чавки намылить.
— А ты еще ругаешь мою лексику, Вацлав!
— Ругай и ты мою, кто тебе мешает? Так вот, Янчи, в те годы то и дело возникали уродства. И маги с энтузиазмом взялись за их лечение. Кстати сказать, достигли они немалого. Все последствия радиоактивных мутаций, сказывающиеся на внешности, были ликвидированы при жизни одного поколения. Но, косметическая магия вошла в моду. И оставалась модной еще лет сто. Ну, в самом деле, кому не хочется быть красавцем? Вот как Янош, например, или как Милан? Спроси любого — никто не откажется. И не отказывались. Тогда наши с тобой проблемы, Стас, решались просто. Слишком худ, расположен к полноте — чуть-чуть магически сдвинуть обмен и владей фигурой не хуже, чем у Аполлона. Не хватает красок, вот как у меня? Не много старания, и обретешь этих красок и в лице, и в волосах, сколько захочешь. Не доволен формой носа или ушей?
— Все понятно, — перебил Милан. — Но если все было так легко и просто, то почему от этого отказались?
