– Я не соврала! Все так и было, как я рассказала полиции! Де Баккер сам…
Стру не дал ей договорить.
– Проваливай, – грозно повторил он.
Касси, ничего не видя из-за пелены слез, еще раз крикнула:
– Вы не можете просто взять и уволить меня!
Внезапно кто-то сказал:
– Боже мой, что здесь происходит?
Всего в паре шагов от них стояла Диан. Ее двое напуганных малышей спрятались за ней.
Стру сразу же сменил тон.
– Мефрау, это исключительно кадровый вопрос, – ответил он приветливо, но холодно. – Дело этой юной дамы и мое.
Стиснув зубы и будто не замечая Касси, он начал раскладывать мелочь по отделениям кассового ящика.
Касси, понурив голову, двинулась к выходу, но Диан остановила ее и сказала:
– Подождешь меня у входа, хорошо?
Прошло немного времени, и Диан с детьми вышла на улицу. Касси сидела на другом конце парковки, как можно дальше от Стру. Увидев, как Диан, щурясь от яркого солнца, пытается найти ее на улице, Касси махнула ей рукой.
Малыши радостно побежали к Касси, Диан последовала за ними с тяжелой сумкой.
Она села на ограду рядом с Касси.
– Пить, пить! – требовали дети, толкая в колени Диан и дергая ее за рукав. Она порылась в сумке и достала четыре коробочки сока. Сначала для детей, а потом и для Касси она высвободила трубочки и вставила их в коробки.
– Попей, дорогая.
Касси пила сок, а свободной рукой вытирала с лица слезы. Дети смотрели на нее с недоумением.
– Касси бо-бо?
– Нет, все хорошо, – улыбнулась она, собравшись с силами.
Они с облегчением разбежались в разные стороны. Диан спросила:
– Что это было?
– А я думала, уже все в курсе, – с горечью ответила Касси. Она попыталась рассказать свою историю как можно короче: – Эдвин де Баккер и еще пара парней напали на меня, и я написала заявление в полицию. Папаша Де Баккер бесится, Стру, разумеется, на его стороне. Он меня уволил.
Диан ужасно расстроилась:
– Господи, Касси… Бедная… Да как он смеет…
Она обняла Касси и повернула ее лицом к себе.
– Девочка моя… Пойдем ко мне, поговорим обо всем этом. Я могу как-то тебе помочь?
Касси осторожно высвободилась из ее объятий и покачала головой.
– В другой раз, – сказала она. – Я бы не хотела опять плакать, а если вы будете такой участливой, то я точно… понимаете?
Она поднялась и, вздохнув, добавила:
– Я лучше пойду домой, позанимаюсь немного. У нас сейчас контрольные, так что мне надо очень много повторить.
Пока Касси ехала на велосипеде, ей казалось, что на нее смотрит вся деревня. Когда кто-то здоровался, она слышала осуждение в голосе. Когда она проезжала мимо кого-то, кто не смотрел в ее сторону, то думала: «Понятно, никто меня и знать не хочет».
У ворот в поместье Борхерхоф она на секунду замешкалась, но все же проехала мимо. Ей ужасно хотелось, чтобы дома никого не было. Никакого сочувствия, никаких вопросов. И точно никакой сердитой матери.
Дома действительно никого не оказалось. Она села за свой письменный стол, включила mp3-плеер и ушла с головой в вопросы внутриевропейских миграционных потоков. С востока на запад Нидерландов переезжало больше людей, чем в обратном направлении.
«Ага, и почему же?» – мрачно подумала Касси. Уже был практически вечер, когда в дверь позвонили. Один раз, потом еще. Касси с неохотой поднялась и пошла в мамину комнату посмотреть в окно, боясь, что внизу может быть кто-то из тех, кого она точно не хотела бы видеть. Стру, например, или Де Баккер. Или Фейнстра. Но звонил какой-то незнакомец. Сверху она разглядела, как он пытается заглянуть внутрь сквозь стекло входной двери. В правой руке у него был белый конверт.
«Поздновато для почтальона, – подумала Касси. – Может, это заказное письмо или что-то в этом роде?»
Она открыла дверь и встретилась взглядом с парнем, который, по всей видимости, был всего на пару лет старше нее. Его светлые волосы падали на плечи, а на руке красовалась зловещая татуировка. На нем была черная майка с надписью
«Не из Лейдена ли он?» – озадаченно подумала Касси.
– Это нам? – она протянула руку, чтобы забрать письмо, но парень не сразу его отдал. Слегка покраснев, он ответил:
– Только тебе.
Странно: Касси ожидала услышать лейденский акцент, но парень говорил так же, как местные жители.
– Мне?
Он кивнул.
– Это кассета. Ну, ты знаешь, копия.
– А, так ты брат Грейт, – обрадовалась Касси. – Значит, все получилось? Слушай, отлично. Заходи. Как тебе это удалось?
Он зашел в комнату и с застенчивым видом огляделся по сторонам.
– Я умею работать со звуком. Нужна только подходящая аппаратура.
– Здорово. Хочешь чего-нибудь выпить?
– Можно было бы стаканчик сока.
Касси налила и себе. Они пили молча.
– Откуда это? – Касси кивнула на его футболку.
– С вечеринки одной, – он посмотрел на нее. – А ты ведь тоже иногда ходишь, да? На вечеринки.
– Раньше ходила. Когда жила в Лейдене. Вообще-то мне пока нельзя, не доросла еще, ага. Но на крупных мероприятиях за этим не особо следят. Мой последний фестиваль – «Мистерилэнд».
– О, я там тоже был.
– Не знала, что здешние бывают на подобных вечеринках.
Он пожал плечами:
