— Не горячись, — прижалась вдруг ко мне Лихетта, обнимая за мои хилые плечи. — Всё в прошлом. И слова о прошлом пусты. Жизнь идёт своим чередом. И всё благодаря тебе. Вампиров почти нет, драться разве что только с фелисами можем. И то всё решается на словах, пока ты там король, никто и клока земли у них не осмелится отжать и клока шерсти вырвать.
Ах да, я ж ещё и король Фелисии. Интересно, что же мне кошечка выскажет? Может, от неё что–то дельное услышу.
Но пока нет желания выслушивать ещё.
— Может чем–то вам помочь здесь? — Интересуюсь, быстро пьянея с голодухи. — Если какие–то проблемы, ты не стесняйся.
— Разве что побороть безделье не выходит, — посмеивается Лихетта, подмигивая куда–то за мою спину.
— О! У меня идея, — заявляю. — Помнишь, в бильярд играть вас учил?
— Забавная игра, конечно, помню, Мурина всё норовила засунуть шарик себе в пещеру, — выпалила Лихетта.
Посматриваю на её дочку, засмущалась совсем. Когда у суккубов такое было?
— Так, ладно, — поднимаюсь. И снова музыка затихает. Шейла — вся внимание.
Даже мужика под столом, пнула пяткой в нос, чтоб прекратил вылизывать. Мне со своего ракурса прекрасно видно расставленные ляжки и влажную щель. Но я продираю горло.
Королева поднимается. Народ весь снова замирает.
— Нет, это не тост! — Воскликнул. — Что скажете, если я вам парочку бильярдных столов сюда перенесу?
— И зачем нам такое? — Возмутилась королева.
— Так это шарики катать, — подсказала Лихетта.
— А!! — Рассмеялась Шейла. — Давай, давай, только у нас здесь зачаровали всё защитой от порталов.
— Да уже ничего нет, прости, — отмахнулся я, одним взглядом сняв все контуры на потолке.
Королева посмотрела с полуулыбкой и укором, мотнула головой. И захлопала вдруг в ладоши радостно. Суккубы подхватили. Мужики стали живенько столы убирать, отодвигая к колоннам.
Родил сразу три стола с американкой (она полегче), отдышался и все аксессуары следом, пирамиды, шары, кии, стойки для всей утвари, чтоб не валялась.
Шейла первой подскочила вспоминать, как играть надо. Мы ведь в моём особняке уже катали шары. И она, и Лихетта умеют. Сразу и взялись.
Остальным показываю, учу. Азарт у суккубов разрастается невероятный. Вскоре уже за кий стали драться.
— Старый, добрый Крис, как всегда удивляет подарками, — послышалось из–за плеча. И я увидел Цецилию! Мою старую добрую подругу, которая поддерживала меня ещё вначале моего становления. И которую я потом в колодках… спас.
— Как я рад тебя видеть Ледопламенная, — взвыл, обнялись горячо.
Хорошо, что хоть эта пассия не одета развратно, как большая часть суккубов вокруг.
— Как узнала, что ты здесь, поспешила из своего дворца, — призналась. — Уж не думала, что свидимся вновь…
Поболтали немного, угостил выпивкой.
Одна часть в бильярд зависает, другая меня окружила.
Тут откуда ни возьмись подружки Шейлы ко мне набежали с голыми округлыми бёдрами, сиськами всех калибров и выпуклыми задницами! Те, с кем я по молодости в Длани воевал. Они меня отшлёпали, потом пропоносились на славу и словили фиаско, растеряв трусы на представлении перед Сиригром и всей нашей знатью. Из восьми танцовщиц целых шесть нарисовалось. Многие помяснее стали и уже, как матёрые женщины выглядят, но не растеряли своей свежести и привлекательности.
— Где ж ты пропадал, затейник! — завыли. — Батарейки давно уже все завяли.
— Что за развратницы, — посмеялся над подсевшими на всё вибрирующее и силиконовое.
И начал штамповать им всё свеженькое. Фаллоимитаторы, вибраторы, пробки, бусы, штуки с накачкой, двойные члены, страпоны на ремнях, смазку, батарейки коробками.
Суккубки, как чайки налетели, сметая всё. И чуть было не подрались.
— Всем хватит, ну чего вы, — смеюсь и колдую ещё.
Дочка Лихетты в ужасе сидит, не понимая, что происходит.
— Может и тебе чего–нибудь подарить, ты не стесняйся, — шепнул ей на ухо.
— На вот, — вмешалась мамаша, втыкая в столешницу присоской огромный фаллос перед ней. — С этим можно и без рук.
— Мама, — укорила девушка, руками раскрасневшееся лицо закрывая.
Сотница заржала в голос, похоже, просто решила позабавиться над дочкой.
— Девственница ещё, — прокомментировала Лихетта.
— Мам, а мне? — Раздалось с другой стороны!!
К Лихетте ещё две дочки подваливают помладше первой. Обе миловидные и нежные, одна чёрненькая, другая русая. Совсем ещё девочки на вид. И всё равно в блядских национальных одеждах! Бёдра ещё ладно есть, но сиськи только проклёвываются.
— Подожди, а им можно здесь тусить? — Насторожился.
— Манире уже десять циклом, — показала на светленькую с крохотными рожками и потрепала по шевелюре тёмненькую. — Ярина два рака назад прошла инициацию девяти циклов. Так что обе уже не девочки. Какая понравилась, отдаю. Только с ритуалом.
Обе засмущались так, что и мне стало неловко. Либо я уже со взрослой колокольни сужу иначе, либо мир сошёл с ума. Совсем же юные, ещё подростки. Хотя, наверное, уже половозрелые и готовые к семейной жизни. Наверное, Лихетта в таком возрасте и родила свою первую. Я когда её впервые увидел, даже не подумал, что она уже мамочка троих! Так была свежа и хороша.
