– Любой вопрос должен иметь свой ответ. Ты пытался понять, что означает предсмертная записка Жан-Луи. Как он написал в ней? «Секрет твоей жизни скрыт в смерти Майкла». Ты не нашел ответа по одной простой причине: я все еще жив.
Я не мог поверить своим ушам. По телу пробежала дрожь, а сердце вновь заколотилось с бешеной скоростью.
– Майкл?
Незнакомец слегка повернулся ко мне, и я увидел то самое лицо, которое видел на фотографии в кабинете Волкова, где он стоял, сложив руки на груди и гордо подняв голову. Но он очень сильно изменился: впалые глаза, худые щеки и глубокие морщины.
– Здравствуй, Саймон.
– Но это невозможно. Ты же покончил с собой. Я думал, ты Томас Медич, а ты… Этого не может быть! Майкл?
– Хочешь узнать, что на самом деле произошло в моей квартире в ноябре пятьдесят второго года?
В горле пересохло. Кроме хрипа, я не мог выдавить из себя ни звука.
– Будем считать, что ты сказал «да». Тогда я долго не мог уснуть. Мысли о смерти отца не давали мне покоя. Потом мне все-таки удалось задремать, но очень скоро я проснулся с болью в голове. Оделся, поцеловал Лизу и пошел на улицу. Боль усиливался, шум становился все громче. Выйдя на улицу, я потерял сознание. Позже очнулся в собственной ванне. Вылез из нее и попытался посмотреться в зеркало, но оно было в крови. Кровь была ненастоящей. Это был скорее знак, нежели факт. Выйдя из ванной, я увидел Лизу, лежащую на полу. Ее глаза были широко открыты. Моя бедная, несчастная Лиза. Возле окна стоял Незнакомец, скрытый ночной тьмой. Я не знал, что мне делать. Схватил лампу с тумбочки и кинулся на него. Со всей силы ударил его по голове, и Незнакомец упал. Я схватил его за воротник и приподнял над полом. В свете уличного фонаря я увидел Тома. Да, Саймон. Того самого Томаса Медича. На его лице был ужас. Он просил у меня прощения и твердил, что должен был так поступить. Том был таким же, как и я.
– Проводником?
– Да. Но он был намного слабее и не мог выдержать всех этих голосов и ответственности, что оказалась в его руках. Он в полной мере осознал свою судьбу, когда находился в лечебнице. После этого Том исчез, а через какое-то время оказался в моем доме, чтобы убить Лизу. А затем, лежа на полу, он просил меня о помощи. Том просил убить его.
– Я не понимаю. Но женщина же видела, как ты прыгнул со скалы. И потом нашли твое изуродованное тело, а о Томе никто ничего так и не слышал.
– Я уже говорил тебе, Саймон: материя иллюзорна. Там же, возле кровати, я убил Тома. Я сделал это от злости и ярости, что овладели мной в тот момент, а когда Том был мертв, мне открылась вся правда, и я понял, кто я на самом деле. Затем я скинул его тело с обрыва и заставил случайно проходившую мимо женщину поверить, будто она видела, что это я прыгнул вниз.
– А как же все остальные? Ведь Волков вместе с Антонио готовили похороны!
– Они видели Майкла Лоурена, но на самом деле хоронили Томаса Медича. Простая сила внушения, Саймон.
– Кто же ты такой? Кто дал тебе эту силу и право распоряжаться человеческими жизнями?
– Я уже сказал тебе, кто я. А кто дал мне эту силу? Не знаю. Не имею ни малейшего понятия.
– Кто ждет тебя по ту сторону жизни? Бог или дьявол?
– Тот же, кто и тебя, мой друг.
– Не понимаю. Ты столь высокого мнения о себе или столь плохого обо мне?
– За четыре долгих года дарованная мне сила почти полностью сожрала меня изнутри. День ото дня она вгрызалась все глубже, и теперь я почти полностью опустошен. Помнишь сон, где ты видел всех убитых мной людей? Что они говорили тебе?
– Что я должен помочь.
– Ты должен помочь мне. Ты такой же, как я и Том, но ты сильнее нас.
– Нет. Ты лжешь. – История принимала оборот, к которому я не был готов.
– Я не лгу. Единственный, кто может убить Проводника, – это другой Проводник. Я прошу тебя: освободи меня. Все это время я готовил тебя. Все твои сны, видения, события, происходившие с тобой, – это делал я. Ты должен убить меня и занять мое место.
– Нет! Видимо, я сплю или до сих пор нахожусь в палате больницы. Это бред.
– Саймон, загляни внутрь себя, и ты поймешь, что все это чистая правда.
Мою голову заполнил страшный шум. Я обхватил ее руками и сел на корточки. Вслед за шумом пришла боль. Хотелось кричать, но я не мог. Майкл подошел ко мне и сел рядом.
– На протяжении всех этих лет Жан-Луи был единственным человеком, который знал правду. И он не врал тебе в предсмертной записке. Секрет твоей жизни действительно скрыт в моей смерти. Убей меня, и ты услышишь их. Ты увидишь то, что вижу я.
– Я не собираюсь тебя убивать. Майкл, так нельзя. Ты же хороший человек. Как я могу так поступить? – взвыл я через боль.
– В тебе говорят эмоции, но в душе ты знаешь, что я прав.
– Почему ты ничего не сказал Волкову, Марии, Антонио о том, что ты жив? Они же так скучали по тебе.
– Тот Майкл Лоурен, которого они знали, умер в ноябре пятьдесят второго года. Прошу тебя. Загляни в мои глаза и скажи, что ты в них видишь.