Мое сердце застучало быстрее от его слов, ну когда-то уже это прекратится…
Со мной уважительно поздоровались по имени, мы сели за красиво сервированный стол. Вообще не помню, о чем мы разговаривали, но Амир был совсем другим, не таким, каким я его знаю. Более легко вел себя со мной. Мне казалось, что он хотел произвести на меня впечатление…
После завтрака он сказал:
– Ну что, поехали бороздить обкатанные лыжные трассы?
– Ну да, бороздить, – захихикала я. – Волнуюсь, – положив ладони на свои щеки. В случае, если начну краснеть.
– Не переживай, я тебя научу и волноваться – это нормально.
Мне выдали полностью экипировку лыжника, включая специальные сапоги. Нас довезли до горнолыжного подъемника, и мы поднялись на фуникулере. Вид из него был потрясным. Мы поднялись прямо к трассе.
На месте мне Амир помог надеть лыжи и сам тоже надел. Так бы и поехала, если бы не боялась. Амир со мной намучился, я даже умудрилась столкнуться с проезжавшей мимо девушкой. Но никто не в обиде, пару раз завалила Амира, наехав своей лыжей на его. Он как-то так всегда падал, что я оказывалась снизу. К вечеру я вымоталась и ног не чувствовала, но когда он спросил:
– Пойдешь завтра еще?
Улыбаясь во весь рот, я ответила:
– Да!
А он засмеялся в своем стиле, запрокидывая голову…
Юна уснула в машине. Настолько устала, что я не смог разбудить ее. По приезду взял на руки и понес в комнату. Уложив на одну сторону кровати, стал раздевать, сапоги, шапку. А она, как убитая, не чувствует, как я ее раздеваю. Даже засмеялся, но тихо, пусть спит. Подумал: «Как же ты устанешь, когда я тебя трахать буду, бльдэ фатат хлоа* (моя сладкая девочка)». Расстегиваю лыжную куртку, снимаю вместе брюками. Она передо мной в тоненьких колготочках, водолазка немного задралась, и я увидел аккуратненький пупочек, рядом с которым соблазнительная родинка. Рот даже наполнился слюной, так и хочется лизнуть. Черт, о чем она думала, когда одевалась, почему не в свитере?
Ну, что, раздевать до белья? Нет… нельзя, надо оставить о себе только положительные эмоции, осталось совсем немного. Я чувствую, что уже готова моя сладкая… ты уже моя…
_________________________
Мне приснилось, что сижу в парилке. Я спала под одеялом и в одежде. Села в кровати, чтобы окончательно прийти в себя. Мягкий лунный свет проникает в комнату и вместе с настенными бра освещает ее. Окончательно проснувшись, соображаю, что я уснула на обратном пути и, очевидно, что кроме Амира, никто не мог меня сюда принести и раздеть. Как я так умудрилась… Надо раздеться и помыться, только встала, как мои мышцы заныли оттого, что я их вчера слишком нагрузила. Раздеваясь, вспоминала с улыбкой, как я с Амиром провела день, он виртуозно катается на лыжах. Улыбаясь, поковыляла в ванную. Залезла под настроенный на теплую воду душ, помылась, просушилась, оставила волосы распущенными. Надела брючную пижаму. Чувствую, что мой желудок скручивает в голодном спазме. Посмотрела на часы… ночь, а кушать все равно не перехотелось. Вышла из комнаты… тишина, на стенах включено бра и освещает лестницу, ведущую вниз. Я думала меньше минуты и пошла, осторожно ступая по ступенькам, вниз в поисках кухни. Сошла с последней ступеньки, особенно осторожничая, наступая на пол, будто он под моими ногами заскрипит и перебудит весь дом, но кроме нас с Амиром в огромном доме никого нет. Крадучись на носочках, пошла в сторону столовой зоны, предполагая, что кухня где-то рядом, но не факт. Пока я мысленно разбираю схему дома, услышала хриплый голос Амира:
– Что ты ищешь?
Резко повернулась на голос, немного испугавшись от неожиданности. Он сидел в кресле, вытянув свои длинные ноги на пуф, из одежды на нем было только трико.
– Я думала, ты спишь, – вместо ответа сказала я.
– Я тоже думал, что ты спишь, – ответил он и переключил торшер, сделав ярче свет.
У него растрепанный вид.
– Тебя что-то беспокоит? – спросила я.
– Нет. Зачем встала, тебе плохо спалось?
– Хорошо спалось, проснулась оттого, что жарко стало. Это ты меня раздел?
– Да. Думаешь, я позволю кому-то прикоснуться к тебе?
Он меня уже не впервой смущает. Но вот такие слова… их же нельзя придумать или просто прочитать. Они идут изнутри. Я ушла от ответа и просто сказала:
– Я голодная.
– Конечно, ты же вчера всего раз ела, а энергии затратила слишком много. Пойдем на кухню.
Он встал с кресла, и я отвела взгляд от него. Это выглядит очень интимно, когда мы вдвоем в одном пространстве. Но, в отличие от меня, он себя чувствует прекрасно и то, что его трико с низкой посадкой, его не смущает…
Я поправила свою пижаму, понимая, что как бы, тоже не в платье. Такая «семейная обстановочка»: он в трико, я в пижаме, проснулись чисто на ночной перекус…
– Когда я приезжаю на отдых, мой шеф-повар всегда холодильник заполняет. Идем, глянем, что там есть.
