Ночью, уже лежа в кровати, смотрела на то, что мой мозг самопроизвольно произвел… солнце, которое заходило над пустыней в мираже города. Откинув одеяло, я встала, взяла в шкафу простыню, сложила ее и накрыла ею мольберт. Вернувшись, отвернулась к стене и тихо заплакала…
Утром надела брюки и рубашку, поправила косы и вышла на завтрак.
Папа, как частный транспорт, всех развез. Только я вышла из машины, как у меня пиликнул телефон, сердце забилось в сумасшедшем ритме. Это был Вова. Блин… Вова! «С добрым утром, приятельница». Шутку я оценила, но откуда он узнал мой номер? Даже Владимир написал, а Амир – нет. Насколько занятый, что позвонить не может и написать даже? Понимаю, что на работу я захожу, уже будучи в дурном расположении духа. Еще и умудрилась прийти позже всех. Быстренько сняла с себя одежду и пошла за рабочее место.
– Привет, – поздоровался мой сосед.
– Привет, – ответила я на его приветствие. Оля ладонью машет с другого конца офиса. Я кивнула ей и задала вопрос Владимиру:
– Откуда у тебя мой номер, – а сама смотрю на часы, у меня сегодня переговоры на десять утра с клиентом, представитель из организации «Феникс». Я готова, но на всякий случай, перепроверю договора, бонусы…
– Это разве имеет значение? – ответил он.
Я повернулась к Владимиру.
– Ну, я тебе его не давала.
– Я знаю, – улыбнулся он.
– Не пиши мне больше, мне это не нужно.
– Что именно? Ты говоришь ребусами.
– Чего ты добиваешься? – понизив голос, чтобы как вчера нам не сделали замечание.
– Ничего такого, чего можно было опасаться. Для начала хотел бы свою приятельницу пригласить в кино.
Я и так прибывала не в лучшем расположении духа, а тут он весь такой «Весельчак».
– Послушай, Владимир. Я тебе не «приятельница». Понятно?
– О-о-о… смотрю, кто-то не с той ноги встал.
Я не стала ничего отвечать на это, поджала губы и отвернулась за компьютер…
Вечером, когда проходила через проходную, краем уха услышала разговор охранников:
– Сегодня начальник охраны сказал, что самый главный будет только на следующей неделе.
– Хорошо ему ничего не делать, только катается.
– Так, конечно, принц же.
– Это, он там, у себя на Востоке – принц, а здесь.
– Да он и как банкир хорошо себя чувствует, не вижу разницы, такой же богатей.
Я вышла и медленным шагом пошла к метро. И в какой-то момент остановилась посреди тротуара, все проходят мимо, куда-то торопятся, а я стою и чувствую теперь по-настоящему использованной. На холоде слезы обжигают мое лицо. Уехал и даже не сказал. Да… пусть так… так даже лучше… что было, то было…
– Амири* (мой принц).
Услышал голос Ияда, моего верного помощника, который склонился в легком поклоне, обращаясь ко мне. Открыл глаза, склонив голову, потер переносицу и спросил:
– Идем на снижение?
– Да, Амири. Мы в России.
– Хорошо, Ияд. Скажи, пусть приготовят кофе.
– Уже готовят, Амири, сейчас подадут.
Я жестом кивнул и сказал:
– Свободен, Ияд.
Если не скажу, так и будет стоять возле меня. Я его всю жизнь знаю, на него во всем можно положиться. Из всех моих людей никто меня не знает лучше, чем он…
После того, как Юну из аэропорта отвез домой, поехал решать вопросы по документации. На пересдачу у нас всего две недели. Утром в понедельник мне звонит отец. А отец никогда по пустякам не звонит, значит, что-то срочное.
– Здравствуй, сын.
– Здравствуй, отец.
– Амир, ты срочно должен вылететь в Илам.
– Что произошло, отец?
– Король нашей страны собирает внеплановый совет по национальной безопасности.
– Я понял, отец. Сегодня же вылечу.
– До встречи, сын.
После разговора с отцом, позвонил пилоту, приказал готовить к вечеру джет. Я не имею права отказаться, шейхи, принцы каждого из эмиратов обязаны быть в Асламате. Асламат – это столица Илама. Этим вечером я покинул Россию…
Как же я хочу почувствовать запах своей сладкой девочки, ни одна из моих инан* (наложниц) так не пахнет. Как ни пытался, не могу выкинуть ее из головы. Неделю ее не видел… я не готов вслух признать, что скучал… но как же я скучал…
В расстегнутой, короткой дубленке спускаюсь по трапу джета. «В Москве похолодало», – констатировал я. Сойдя с трапа, поднял меховой воротник и пошел в кроссовер, который ждал меня. Охранник, открыл услужливо мне двери, я сел в салон и мой водитель, поприветствовавший меня, плавно тронулся с места.
Тут же набираю Муина, как бы я не хотел сейчас оказаться рядом с Ю, но дела прежде всего. Большой бизнес не терпит слабаков. После третьего гудка Муин снял трубку.
– Чем таким занят, что так долго не берешь трубку?
– Добрый день, Амир. Извини, я разбирал с главным бухгалтером…
– Работаешь? – перебил я его.
– Да.
– Правильно, я не люблю бездельников, – сказал и отбил вызов. Пусть не расслабляется. Не люблю слюнтяев и бездельников. Муин достоин этой должности. Но нельзя забывать о том, что люди быстро привыкают к власти. Надо иногда напоминать кто здесь хозяин.
– Едем в банк, – сказал я водителю.
