«Пробудите заснувшее сознание и соблюдайте Божественный Закон, забывая о многовековом рабстве иллюзии.
«Здоровье — это постоянный труд обновления и совершенствования.
«Провозгласим в измученном мире нашу веру в Иисуса Христа навеки!…»
Эвсебио окружал ореол необычайных излучений света, когда он закончил свою речь.
Распростёртое на земле, собравшиеся участники были мертвенно-бледны от изумления.
Большая группа сотрудников нашего плана возвысила свои гармоничные голоса, начав трогательную песнь славы Всевышнему.
Мелодические ноты гимна затухали вдали, в дальних деревьях, в дуновениях нежного бриза…
Собрание закончилось, и я заметил, что под защитой коллег нашего плана, задействованных в деятельности помощи, воплощённые друзья уходили не столь оживлёнными и оптимистичными, потому что многие из них, понимая, возможно, с большей ясностью, будучи вне плотного тела физического опыта, ошибки заблудшей веры, возвращались к себе подавленными, едва сдерживающими рыдания…
Пока мы не посетили пещер страдания, Кальдераро настоял на том, чтобы мы нанесли скорый визит в большой институт, посвящённый приёму душевнобольньїх в Сфере Земли.
— Ты тогда лучше поймёшь всю трагедию людей, которые развоплощаются в состоянии полного расстройства чувств, — великодушно объяснил он, обращаясь ко мне со всей деликатностью, присущей ему. — За исключением чисто органических случаев, сумасшедший — это тот, кто пытался форсировать освобождение от земного ученичества путём недисциплинированности или невежества. В этой области у нас есть разновидность самоубийства, ловко скрываемого, самоуничтожение ментальной гармонии через недостаток смирения души в ситуациях борьбы, которые представляет земное существование. Перед лицом боли, препятствия или смерти, капитулируют тысячи людей, без сопротивления предаваясь разрушительному расстройству, которое, в конечном счёте, раскрывает перед ними врата могилы. Вначале это просто недовольные и отчаявшиеся, которые проходят по жизни незамеченными, даже для тех, кто их лично знает. Но постепенно они превращаются в душевнобольных различных градаций, исцеление которых практически невозможно, потому что они являются носителями запутанных и неблагодарных проблем. Незаметные плоды непослушания начинают разрушать физиологическое наследие, которое им было доверено на Земле, и заканчивают они разорёнными и несчастными. Скорбящие и наполовину мёртвые, эти мужчины и женщины страдают в земных кругах, погружённые в инфернальные бездны, за то, что восставали против божественных намерений, пренебрегая ими в совершенствующей личности школе борьбы, из-за своих неосознанных капризов.
Бережно храня это наблюдение, я сопровождал ориентера в утренней экскурсии до большого здания, где в большом количестве находились душевнобольные.
В первом дворике, который мы встретили, небольшая группа страждущих женщин вела беседу.
Одна из них, пожилая, с седыми волосами, с острой жестокостью во взгляде, была одета в униформу дома, где носили королевские одежды. Она говорила, обращаясь к двум своим апатичным подругам:
— В качестве маркизы я не выношу вмешательства несознательных врачей. Думаю, что меня держат здесь как заключённую по тайным мотивам моей семьи, в чём я постараюсь убедиться при первой возможности. У меня мощные враги при Дворе; тем не менее, мои друзья более престижны и более верны мне.
Она понизила голос, словно боясь невидимых шпионов, и сказала на ухо одной из сестёр по страданиям:
— Император лично занимается моим случаем и накажет виновных. Они отстранили меня из-за презренных проблем денег.
Повысив голос, она вскричала:
— Они за всё заплатят! Все заплатят!
И продолжала объяснять что-то, жестикулируя, словно знатная дама.
Мне тяжело было видеть тесную близость между воплощёнными увечными и несчастными сущностями, толкающимися здесь. Всё ещё привязанный к старинной привычке любопытства, я постарался остановиться, чтобы дослушать до конца умалишённую, но помощник поторопился заметить:
— Не будем опаздывать. К несчастью, мы пересекаем длинную галерею искупительного страдания, где наши ресурсы помощи не могут принести желаемой быстрой пользы. Здесь почти все безумцы представляют собой сущности, которые отреклись от реальности, привязываясь к обстоятельствам прошлого, и не имея причин быть в настоящем. Эта бедная сестра уже обладала титулами высшего света в своём прежнем существований; она совершала великие ошибки, далеко простирая слепые энергии гордыни и тщеславия. Возродившись в скромном ученичестве, чтобы начать необходимые исправления, она испугалась самых жёстких своих первых испытаний благотворного исправления, резко отреагировала против результатов своего собственного посева, подвергла свою физическую оболочку цепи пагубных случаев и, наконец, ментально переместилась в самые низшие зоны личности, начав мысленно жить в прошлом блистательной лжи. Отчаявшись, она привязалась к воспоминаниям тщеславной маркизы салонов, которые уже исчезли, и бродит по долинам своего безумия в жалком состоянии.