– Чушь. Смотри только, чтобы великан помнил, сколько твое лицо мелькало во время выборной кампании.
Мия состроила рожицу.
– Барт, серьезно.
– Серьезнее не бывает. Вампирское дерьмо хорошо его разрекламировало, и теперь окружной прокурор в долгу у моей сотрудницы. А убийство Капсиса только подлило масла в огонь. Люди купились на эту вампирскую херню.
– Да, – Мия просматривала начальный доклад судмедэксперта по делу убийства Капсиса – все было сделано по горячим следам, потому что жертва была сенатором, и у Мии был друг в медэкспертизе, и нахмурилась. – Интересно. Я-то думала, что это повредит Большому Чарли, ан нет!
– А что? – спросил Барт.
– А? Да убийство. Тут ведь очевидно, что убийца – носитель вируса I1V1.
– Да, племянник.
Мила покачала головой.
– Сомневаюсь. Он вриколакас. Они просто кормятся, пьют кровь, но не убивают, не таким образом. Да у него и сил нет, чтобы разорвать на куски. А тут в докладе медэксперта написано, что есть следы зубов и когтей.
– Да кому нужна эта хрень? – спросил Барт. – Он вампир. Они обычно такое делают. Ну да ладно, пойду покурю. Наихудший день в мировой истории…
Конец тирады Барта раздавался уже вдали. Мия и раньше, с первых дней работы в редакции, слышала от него брань по поводу законов, запрещающих курить в помещениях, но не обращала на это внимания.
У Нейта Капсиса когтей не было. Что-то тут не сходилось.
По телевизору показывали Большого Чарли, выходившего из здания избирательной кампании, спрашивали об убийстве сенатора.
– Натан Капсис всегда был неблагополучным субъектом, его склонность к насилию прослеживалась много лет назад.
– Да, – сказал один из репортеров вне камеры, – но он никогда не убивал. Вы верите, что вирус I1V1 сделал его…
– Как я сказал, – раздраженно повторил Большой Чарли, – он всегда был неблагополучным молодым человеком. I1V1 ничего не изменил. Вспомните, что он не явился в суд, когда напал на сенатора.
– Сенатор Капсис ведь не был вашим лучшим другом, – сказал тот же репортер, и Мии захотелось узнать кто это.
– Мы с сенатором дружили много лет.
Мия нахмурилась. Отрепетировано, явно.
– А ведь он вас подставил позавчера на шоу Хелен Лашмар. Думаете…
В этот момент появилась Джуди Алехо и прекратила вопросы. Капсис, конечно, не очень был похож на друга Большого Чарли во время той передачи. Может, это показалось предательством?
Мия закончила свои записи для статьи, которая выйдет завтра в «Новостях», и для истории о Большом Чарли, которую она набрасывала в свете убийства сенатора. Наступила ночь.
Мимо прошел Барт, сообщив, что сейчас покажут новости. Мия с любопытством открыла ноутбук.
Большой Чарли выиграл шестьдесят три процента голосов, при явке в семьдесят процентов зарегистрированных демократов Бронкса. Обе цифры, как считала Мия, были рекордными.
– Теперь дело за окончательными выборами, – пробормотала она.
Барт засмеялся.
– Точно. А республиканцы хоть кого-нибудь выставили?
– Нет, – сказала Мия, – но в списке будет еще Эскобар.
– Это кто?
– Кандидат от движения «Право на жизнь». Черт, Большой Чарли будет в списке консерваторов вместе с либералами и «зелеными».
– Вот именно, чтобы у людей был выбор, – фыркнул Барт и вышел.
Да уж, если Большой Чарли попадет в тюрьму за убийство и сойдет с дистанции, вот это будут выборы. Мысль совершенно безумная. За последние четыре месяца Мия почти не отходила от Хью Чарльза и не заметила в нем ничего агрессивного.
Но и в Нейте Капсисе тоже. И в Данике Дубов, и Майкле Фэйне. Может, тут и нет ничего, но надо доиграть игру до конца. А вдруг? Хорошо, что Барт не против ее активного участия в продвижении команды окружного прокурора.
Публицистическая статья. Мия Фитцсиммонс в нью-йоркской «Дейли ньюс»
Началось все здесь, в Нью Йорке, с Майкла Фэйна.
И стало намного, намного хуже.
В Лос-Анджелесе на болельщицу «Лейкерс» напал какой-то тип, похожий на обезьяну, который высосал из нее все жизненные силы.
В Чикаго ведущая телешоу Даника Дубов держала жертв в доме, а конгрессмен от штата Иллинойс Уильям Блевинс и его жена были жестоко убиты.
В Париже кровавая резня на улицах.
Здесь, в Нью-Йорке, Ансон Моррис расправился с женой и лучшим другом.
С каждым выпуском новостей на телевидении или в газетах, на сцене появляется новый вампир.
Год назад Хью Чарльз поклялся, что будет баллотироваться на четвертый срок на пост окружного прокурора Бронкса. Полтора года назад он выиграл предварительные выборы, а также общие выборы, несмотря на то, что публично объявил себя лугару. Сейчас было бы трудно представить, что Большой Чарли будет иметь успех после такого. Границы установлены, человек против вампира, и нет ясного понятия, кто в этом противостоянии победит.
